Книга Кровавый навет, страница 289 – Сандра Аса

Эта отнюдь не тихая беседа разбудила Антонио, и он, хотя и не понимал причины общего ликования, принялся пританцовывать.

Они еще немного поболтали о своем приключении, однако усталость взяла верх, и они улеглись спать. Засыпая, Алонсо ощущал великую радость. Они умножили содержимое Сумы Надежды. Теперь все будет проще.

Несколько дней спустя, ранним утром, Хуан вернулся из игорного дома и, стараясь не потревожить спящего Антонио, растолкал Алонсо:

— Проснитесь, ваша милость! Я принес свежие новости. Давайте-ка выйдем на улицу. Коротышке не стоит слышать то, о чем я должен сообщить.

Алонсо, все еще сонный, поплотнее закутался в плащ и повиновался.

— Мы можем прекратить поиски адвоката, – объявил Хуан. – Я слышал, как двое клиентов в нашей берлоге говорили о том, что у Кастро уже есть адвокат.

— Вот как! – воскликнул Алонсо; услышав новость, он мигом проснулся, и лицо его просветлело. – Слава Богу!

— К тому же этот парень заслужил отличную репутацию, потому что его называют «адвокатом заключенных Священной канцелярии». Прозвище говорит само за себя.

— Вовсе нет, – возразил Алонсо, и его улыбка скисла. – Священники платят своим адвокатам жалованье. Демон бы их побрал! По-моему, новость хуже некуда. Какую защиту предоставит моим родителям прислужник доминиканцев?

Хуан воздержался от ответа. Он не хотел сыпать соль на рану, но все-таки немного просыпал: скептическое выражение его лица было красноречивее любых слов.

— Вы запомнили его имя? – спросил Алонсо.

— Андрес де Баскаль. Судя по всему, несколько дней назад он посетил Коронную тюрьму. Это недалеко, на улице Кабеса. Возможно, ваши старики находятся за тамошними стенами.

За этим «возможно» скрывалось больше уверенности, чем хотел показать Хуан. Он видел, как Себастьян упал в обморок перед церковью Санта-Исабель, и, узнав о визите адвоката в тюрьму, которая находилась всего в нескольких минутах ходьбы от монастыря, сразу же разгадал тайну. Теперь он намеревался изложить Алонсо свою теорию, но, беспокоясь о безопасности Антонио, не хотел сообщать о фактах, на которых она основывалась. Да в этом и не было необходимости. В конце концов, важен конечный пункт, а не маршрут.

— Сомневаюсь, – возразил Алонсо. – Инквизиция сажает пленников в секретные подземелья, а в Коронной тюрьме их нет. Я все знаю, потому что навел справки обо всех тюрьмах Града.

— Знаете? Откуда, черт возьми, вы можете это знать? На дверях тюрем не вешают объявлений. Не те места. Послушайте меня, приятель: Кастро держат именно там.

— Да нет же! Я обошел ее несколько раз, и ничто не указывает на то, что там есть тайные подземелья.

— Еще бы! – воскликнул разочарованный Хуан. – Тайны не разглашают – их скрывают.

— В Мадриде невозможно хранить тайны, не говоря уже о местонахождении главарей Секты, и тем не менее об этом все молчат. Невозможно избежать слухов, заключив людей в тюрьму, расположенную в центре города и переполненную заключенными. Кто-нибудь их бы увидел.

— Может, и нет. Если их, как вы говорите, арестовали во время ужина, они должны были прибыть туда глубокой ночью.

— Скорее всего, для начала их повезли на допрос или что-нибудь в этом роде, – возразил Алонсо. – На ступенях Сан-Фелипе я узнал, что свидетели давали показания в Аточском монастыре. Суд наверняка решили провести там же, а значит, в какой-то момент их перевели туда. В Коронной тюрьме есть потолочные окна. Даже если бы они прибыли в сумерках после захода солнца, какой-нибудь скучающий заключенный, не имеющий другого развлечения, выглянул бы в окошко камеры при малейшем шуме у входа и увидел бы их. А переезд в Аточский монастырь? Это неблизко. Не может быть, чтобы на всем пути никто из горожан их не заметил. Либо на выезде, либо по дороге кто-нибудь да увидел бы их, и такая вкусная сплетня в мгновение ока долетела бы до говорилен. Нет же, приятель! Уверяю вас, мои родители томятся не за решетками Коронной тюрьмы.