Книга Кровавый навет, страница 295 – Сандра Аса

— Вы Алонсо Кастро, сбежавший сын?

— Я слышал на ступенях, что мальчишке не исполнилось и четырнадцати, – заметил Алонсо, стараясь не терять самообладания. – Неужто я выгляжу так молодо?

Андрес повернул голову и убедился в том, что Хуан никуда не исчез: тот стоял на прежнем месте, спрятав лицо под полями шляпы и задумчиво посасывая соломинку. Безмолвный и недвижимый, он казался нестрашным и довольно безобидным призраком, но чутье подсказывало адвокату, что в случае необходимости он не замедлит вмешаться и не следует относиться к нему легкомысленно.

Андрес сглотнул слюну, что было вполне объяснимо: от вида этого парня волосы вставали дыбом. Затем перевел взгляд на темный силуэт Алонсо, чей вид также не располагал к спокойствию.

— Пожалуй, что нет, – проговорил он, с ужасом сознавая, что загнан в ловушку. – Куда больше вы похожи на… настоящего убийцу.

— Должен ли я понимать, что вы тоже не убеждены в виновности Кастро?

— Я этого не говорил.

— Вам не обязательно произносить эти слова. Естественно предположить, что вы так считаете, раз назвали «настоящим убийцей» меня.

— Я имел в виду, что для юноши вы слишком… тертый.

— Изысканный способ описать опасного злодея.

— Это не я сказал. Избавь меня Всевышний от предвзятого мнения о ближнем.

— Не взывайте ко Всевышнему ради обмана, дон Андрес. Мы оба знаем, кем вы меня сочли, стоило мне заговорить. Однако я не чувствую себя оскорбленным. Что делать, если вы правы? Действительно, я опасный злодей с обширным… жизненным опытом, но он не таков, каким вы его себе представляете. Мне не нравится убивать детей.

— Что же вам нравится? Резать адвокатов?

— Возможно. Впрочем, правосудие сказало бы мне спасибо, если бы я избавил его от некоторых из них. Но не переживайте. У меня нет намерения отправлять вас на тот свет… пока.

— Так что, черт возьми, вам от меня нужно? – переспросил Андрес, немного успокоившись.

— Чтобы вы сражались за Кастро. Они не совершали ритуальных убийств.

— Отличная новость! Сообщите об этом их адвокату.

— Что я и делаю. Ваша милость и есть их адвокат.

— Я не помню, чтобы я это подтвердил.

— Еще как подтвердили, но, если вам угодно, продолжайте.

— Мне угодно, чтобы вы прекратили меня мучить и дали мне дорогу.

— Не вынуждайте меня нарушать пятую заповедь, лиценциат, – предупредил Алонсо, сделав вид, будто прячет под плащом нож, и одновременно светя лампой, чтобы Андрес уловил это движение. – Повторяю, у меня хватит духу освободить правосудие от одного из его служителей.

— Хорошо, хорошо, – уступил тот, вновь испугавшись. – Подтверждаю все, что вы сказали. Я адвокат Кастро, а их обвиняют в ритуальных убийствах. Вы удовлетворены?

— Ваша милость знает о беззаконии, жертвой которого стали двое ни в чем не повинных людей?

— Я не намерен это обсуждать, – возразил Андрес с облегчением, потому что ему наконец удалось нащупать рукоять кинжала. – Речь идет о судебном процессе, тайном, поскольку его ведет инквизиция, так что мне не разрешается ничего разглашать.

— Вы обсудите это со мной, хочется вам или нет, – распорядился Алонсо, растягивая каждый слог. – Настоятельно советую оставить в покое нож, который вы прячете в рукаве. Стоит вам его извлечь, и мой кинжал вонзится в ваши кишки.

Видя, что злоумышленники обо всем догадались, Андрес вздрогнул, да так, что кинжал выскользнул у него из руки и упал на мостовую. Несмотря на тревогу, вызванную безнадежным положением родителей, Алонсо, чье лицо скрывала не только шляпа, но и зажатый в руке фонарь, невольно улыбнулся. Бедняга-адвокат не догадывался, что с его аккуратно причесанной головы не упадет ни один волос, а зловещий тип дрожит не меньше его самого! Меж тем Андрес заметил, что Хуан приблизился к ним ленивым шагом, держа наготове кинжал и якобы собираясь пустить его в дело, и чуть было не потерял сознание от ужаса.