Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 121 – Дэн Симмонс

Только начинало светать, и предрассветная серость над Буффало растворялась в еще более сумрачной утренней мгле, когда Курц вернулся в свой клоповник, именуемый «отелем», и выяснил, что к нему наведались детективы Брубейкер и Майерс.

У Курца в отеле имелось несколько осведомителей, которые предупреждали об ожидающих его посетителях. Но тем утром в этом не было необходимости. Отель находился в неблагополучном районе, и местные детишки уже расписали краской из баллончика плимут Брубейкера, на котором он ездил без специальной полицейской маркировки. Теперь на дверце водительского места появилось: «ПАЛЕЦЕЙСКАЯ ТАЧКА» – грамотностью местные хулиганы не отличались. На пассажирской дверце они написали «СВИНОМОБиль», но не рассчитали пространство, поэтому последние буквы получились совсем маленькими. Эта надпись особенно развеселила Курца.

Однако в самой ситуации он ничего смешного не увидел. Брубейкер и Майерс обыскивали его примерно раз в три недели. Пока у них не получалось поймать его с оружием, но если им это удастся, а по теории вероятности они имели все шансы на успех, то в течение двадцати четырех часов он мог снова оказаться в тюрьме. В штате Нью-Йорк все досрочно освобожденные лишались данного Богом, закрепленного Конституцией и свято почитаемого обывателями права каждого американца владеть оружием любой огневой мощности.

Со «Смитом-и-Вессоном» в одном кармане и хорошеньким, но тяжелым компактным «Витнессом» Анжелины Фарино Феррара в другом, Курц вошел в переулок позади отеля и спрятал оба пистолета в каменной кладке, которую сам расковырял две недели назад. В такой ранний час ошивающиеся в переулке алкаши и наркоманы еще находились в приюте для бездомных или дремали на своих любимых лавках, поэтому Курц решил, что у него есть еще несколько часов в запасе, пока какой-нибудь любитель копаться в мусоре не найдет его тайник. Если же визит полиции затянется и займет больше пары часов, ему все равно крышка и оружие уже не понадобится.

Лет сто назад, когда застрелили президента Мак-Кинли, отель «Роял-Делавэр-Армс», в котором жил Курц, считался модным местом. Курц слышал, что Мак-Кинли, возможно, останавливался там накануне гибели. В последние девяносто лет дела у отеля шли все хуже и хуже, а теперь он, судя по всему, балансировал на грани между полным упадком и неминуемой гибелью. «Роял-Делавэр-Армс» занимал десятиэтажное здание и мог похвастаться шестифутовой телекоммуникационной вышкой, от которой днем и ночью исходило микроволновое излучение в смертельных, как утверждали особенно подверженные паранойе постояльцы, дозах. Вышка была единственным работающим элементом здания. За последние десятилетия отель, занимавший пять нижних этажей постройки, из гостиницы для рабочих превращался в дешевую ночлежку, затем в апарт-отель эконом-класса, и наконец снова стал ночлежкой, где постояльцы снимали номера на длительный срок. Большинство из них жили на пособия и потребляли соли лития и «Торазин»^[30]. Курц убедил менеджера пустить его пожить на восьмой этаж, хотя три верхних этажа оставались заброшенными еще с семидесятых годов. В требованиях к противопожарной безопасности и строительству содержались определенные лазейки, поэтому такие комнаты не запрещалось сдавать, а идиотам, готовым жить среди отваливающихся обоев, осыпающейся штукатурки и протекающих труб, их снимать. Чем Курц и воспользовался. В его номере сохранились дверь, холодильник, в кране все еще текла вода. Большего Курцу и не требовалось.