Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 119 – Дэн Симмонс

— Нет, – перебил Курц. Дуло пистолета по-прежнему так и не дрогнуло.

— Мне нужны определенные рычаги влияния, когда Стиви выйдет на свободу, – произнесла Анжелина, сама удивляясь, что рассказывает бывшему зэку о своих планах, которыми ни с кем больше не делилась. – Я подумала, что вы можете быть мне полезны.

— Каким образом?

— Убив Эмилио Гонзагу и его приближенных.

— Зачем, черт побери, мне это делать? – спросил Курц.

Анжелине показалось, что в его голосе прозвучало не столько любопытство, сколько изумление.

Она вздохнула. Что ж, все или ничего. Не так она это планировала. Изначально Анжелина собиралась поставить Курца на колени, чтобы ему предварительно связали руки за спиной скотчем и, возможно, выбили пару зубов. Вот тогда бы она и сделала свое предложение. И случиться это должно было только через несколько недель. Теперь же ей оставалось лишь одно: идти до конца и при этом внимательно следить за выражением его лица, глаз, за движением мускулов вокруг рта, за глотательным рефлексом. Иными словами, за всеми непроизвольными движениями, которые он не мог контролировать.

— Двенадцать лет назад Эмилио Гонзага приказал убить вашу маленькую подружку Саманту, – сказала она.

На секунду Анжелина почувствовала себя дуэлянтом, чей единственный пистолет дал осечку. Суровое лицо Джо Курца совершенно не изменилось. Смотреть ему в глаза было сродни разглядыванию портрета средневекового палача, написанного кистью Иеронима Босха. Впрочем, Анжелина сомневалась, что такая картина существует в действительности. В одно безумное мгновение она даже подумала, не упасть ли сейчас на землю, чтобы затем перекатиться и выхватить из-за пояса свой «Витнесс» сорок пятого калибра, но нацеленное в нее неумолимое черное дуло тут же заставило отказаться от этих мыслей.

«Еще одна минута, и тогда мальчики…»

Она понимала, что этой минуты у нее нет. Анжелина Фарино Феррара была не склонна заниматься самообманом.

— Нет, – наконец ответил Курц.

— Да, – возразила Анжелина. – Я знаю, что двенадцать лет назад вы разобрались с Эдди Фалько и Мэнни Левином, в то время они были шестерками Гонзаги. И он отдал приказ.

— Я бы узнал об этом.

— Этого не знал никто.

— Фалько и Левин были мелкими наркоторговцами, – сказал Курц. – Слишком глупыми, чтобы… – Он осекся, словно ему в голову пришла неожиданная мысль.

— Ага, – произнесла Анжелина. – Девочка. Элизабет Коннорс – пропавшая девочка-подросток, которую разыскивала ваша напарница Саманта. Впоследствии эту старшеклассницу нашли мертвой. След вел к Фалько и Левину, но похищение организовал Гонзага. Коннорс задолжал ему почти четверть миллиона долларов, и девочка потребовалась исключительно как заложница. А те два идиота были обычными толкачами и продавали наркотики в ее школе. Когда ваша напарница установила эту связь, Эмилио приказал Эдди и Мэнни ликвидировать ее, а затем и девочку. После этого ты разделался с Фалько и Левином, избавив Гонзагу от лишней работы.

Курц слегка покачал головой, не сводя взгляда с Анжелины. Пистолет по-прежнему целился ей в грудь. Анжелина знала, что пуля сорокового калибра превратит ее сердце в труху, а затем раздробит позвоночник.

— Курц, вы поступили глупо, – сказала она. – Вы даже сели в тюрьму и таким образом сбили сыщиков со следа Гонзаги. Его это, наверное, чертовски развеселило.