Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 389 – Дэн Симмонс

Дорога внизу была забита машинами и светилась огнями, но на подъездной дороге не оказалось ничего, кроме двух горящих машин у вершины холма. Никто не пытался штурмовать пост охраны, с которого Малыш Док в первый раз выстрелил из РПГ, а потом расстреливал убегавших из своей автоматической винтовки. В тот момент, когда «Белл» миновал гребень холма, взорвался топливный бак «Хьюза». В воздух поднялся огненный шар. Огонь охватил всю вершину холма.

Никто из находившихся в долине не стрелял по ним. По крайней мере, Курц не видел вспышек. Возможно, они думают, что это летит «Хьюз», принадлежащий майору.

Когда спустя несколько минут Риджби пришла в сознание, они летели на высоте метров триста над темными холмами. В бортовую дверь задувал ветер. Доктор Тафир накрыл Риджби одеялом, а Курц подоткнул его поплотнее. Она дрожала.

— Джо?

— Ага, – сказал он, положив ей руку на плечо.

— Я знала, что ты придешь за мной.

Ему было нечего ответить на это.

— Риджби! – прокричал он. – Тебе вколоть морфий?

Ее зубы стучали, но не от холода, понял Курц. Она на грани шока от боли и потери крови.

— Ага, неплохо бы, – ответила она. – Они не дали мне ничего обезболивающего. Только вкололи эту чертову капельницу. И не смогли как следует остановить кровотечение.

— Они ничего с тобой не сделали?

Риджби покачала головой:

— Только задавали глупые вопросы. Про тебя. Про то, на кого мы оба работаем. Если бы я знала ответ, я им сказала бы, Джо. Но я ничего не знаю, поэтому ничего не смогла сказать.

Вместо ответа Курц сжал ее плечо. Доктор Тафир наклонился к ней, однако Курц оттолкнул его.

— Риджби, сейчас доктор сделает тебе укол, но сначала выслушай меня. Можешь?

— Ага, – произнесла она, еще сильнее стуча зубами.

— Ты должна остаться в стороне, – сказал Курц. – Возможно, ты очнешься в больнице. Важно, чтобы ты никому не говорила, кто стрелял в тебя. Никому. Даже Кемперу. Понимаешь?

Риджби качнула головой:

— Ага.

— Это важно, Риджби. Никому не рассказывай про Неолу, майора… ни о чем. Ты просто не помнишь, что произошло. Не помнишь, кто и где в тебя стрелял и почему. Скажи им это. Сможешь?

— Я не… помню, – сквозь боль выдохнула Риджби, сжав зубы.

— Хорошо, – сказал Курц. – Еще увидимся.

Он кивнул доктору. Тот подполз к ней, стоя на коленях, и сделал укол морфия.

Вертолет трясло и подбрасывало.

— Мы слишком тяжелые! – крикнул Малыш Док. – «Дальнобойщик» может перевозить семь человек, а у нас девять. Курц, хотя бы перейди вперед, на свое место, чтобы я смог его выровнять.

— Минуту! – крикнул Курц. Он переполз назад, где Анжелина и Гонзага допрашивали полковника Тринха рядом с открытой дверью.

Руки пожилого вьетнамца были связаны за спиной. На одной из них проступал перелом. Гонзага на всякий случай связал ему и ноги и аккуратно подтащил к проему открытой двери. Позади завывал ветер. Они летели со скоростью двести километров в час.

— Скажи то, что нам нужно, или выходи! – крикнул Тома Гонзага.

Тринх посмотрел в темноту и улыбнулся.

— Да, – мягко произнес он, так, что его едва было слышно. – Как это знакомо.

— Могу догадаться, – сказала Анжелина. Ее лицо и волосы превратились в маску из засохшей крови. – Зачем вы убивали наших клиентов и дилеров?

Тринх пожал плечами и вздрогнул от боли в ранах и сломанной руке.