Книга Тень над музеем, страница 21 – Кирилл Сафонкин

— К старшему помощнику по фамилии Кравец. От Жарова.

Щёлкнул замок. Её встретила женщина лет сорока с тонкими губами и тугим пучком.

— Кравец на совещании. Оставьте материалы, зарегистрируем.

— Я оставлю при нём, – сказала Анна. – Это важно.

Женщина сдвинула брови:

— У нас регламент.

Анна улыбнулась бескровно:

— У меня – тоже.

Пауза зависла, как плотная нить. Из глубины коридора донёсся мужской голос:

— Морозова?

Анна обернулась. Навстречу шёл высокий мужчина в синем костюме. Славянское лицо, тонкая складка у рта. Рука протянута правильным жестом, как на этикетке.

— Старший помощник Кравец. Пройдёмте.

Кабинет – просторный, с окнами на двор. На столе – ровные стопки папок, монитор, стакан с ручками, как на постановочной фотографии. На подоконнике – кактус.

— Жаров предупредил. Садитесь, сказал Кравец, закрывая дверь. – Что у вас?

Анна положила на стол папку:

— Контракты мэрии на клининг и «сопровождение», компания «Вертум Клин» и ЧОП «Форт-Секьюр». Ночная передача в подвале музея. Имена. Вот список допусков, здесь «Ильин И. П.». Вот фото человека со шрамом – по словам источника, Глеб Крылов, руководит «Форт-Секьюр». И ещё – видео. Кравец листал документы внимательными глазами, не торопясь. На секунду задержался на снимке подвала, на отметке «2/3». Перевернул лист. Положил ладонь на стол – ровно, открыто.

— Серьёзно, – сказал он почти без интонации. – Откуда видео?

— Камера в подвале. Ночная передача. Лица частично видно, голос – слышно. И штампы с инициалами.

Он медленно кивнул. Поднял взгляд:

— Вы понимаете, что этим занимаетесь без полномочий? Влезаете в оперативную зону. Если я сейчас приму материалы, вы становитесь источником. Вас придётся опрашивать, возможно – подключать к мероприятиям. Это небезопасно. Вы готовы?

В голосе – ни угрозы, ни сочувствия. Просто констатация. Анна почувствовала, как внутри всё сжалось в узел – маленький, твёрдый.

— Готова, – сказала она.

Он протянул руку к телефону:

— Я вызову следственную группу.

И в эту секунду телефон Анны завибрировал: одно слово от Жарова – «Уходи». Сразу следом – звонок. Она сжала аппарат, развернула чуть в сторону лица Кравца.

— Алло.

— Уходи немедленно, – голос Жарова был хриплым. – Они перехватили канал. Твой «Кравец» – не тот. Настоящий Кравец в отпуске. Внутри как будто щёлкнуло. Анна подняла взгляд. Мужчина за столом спокойно смотрел на неё, губы едва шевельнулись в улыбке – не доброй, не злой – «знающей». Она положила телефон экраном вниз. Пальцы медленно сжали борт папки.

— В чём дело? – мягко спросил «Кравец».

— В том, – сказала Анна так же мягко, – что я оставлю материалы при регистрации. По регламенту.

Он не моргнул. Потом чуть наклонил голову:

— Как хотите. Прошу.

Они вышли в коридор. Секретарь приняла папку, поставила штамп, протянула талон. Анна взяла талон, как спасательный круг, но знала – этот штамп ничего не гарантирует. Бумаги могут исчезнуть в ту же минуту. Реальные улики – на флешке в её кармане и в облаке.

— Мы свяжемся, – произнёс «Кравец» из проёма, когда Анна уже шла к лифту.

— Я буду ждать, – ответила она, не оглядываясь.

В лифте воздух был густым. Пальцы дрожали – только теперь. На первом этаже она вышла во двор и сразу нырнула в тень служебного подъезда. Сжала телефон: