Книга Тень над музеем, страница 33 – Кирилл Сафонкин

— Да, – она взяла трубку.

— Это Лисаева, – голос был срывающимся, взвинченным. У меня полный трэш.

— Что случилось?

— Ко мне пришли… официально. С проверкой по делу о клевете. Говорят, что я распространяю ложь, требуют удалить публикации. Интернет тормозит, серверы редакции глушат.

— Ты где?

— Дома пока. Но в дверь колотя.

— Не открывай. – Анна поднялась, уже натягивая куртку. – Я приеду.

— Стой! – крикнула Лисаева. Не надо. Это может быть ловушка. Они ждут, что ты вылезешь. Сиди. У тебя другие задачи и цели. Гудки.

Анна сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев. Злость и бессилие перемешались в странный холод. С кухни выглянул Жаров – взъерошенный, с чашкой кофе.

— Слышал.

— Они душат её.

— Душат всех, – спокойно ответил он. – Но она права. Ты – приоритетная цель.

— То есть?

— Ты добыла доказательства. Ты их враг номер один. Пока они заняты Лисаевой, у нас есть время двинуться дальше.

Анна опустилась на стул.

— Дальше – это Москва?

Жаров кивнул.

— Да. Сорокин ждёт флешку и оригиналы. Он не сказал «официально», но дал понять – есть интерес.

— И журналист…

— Алексей пишет, что редакция боится, но материал готов. Если появится федеральный след – публикация выйдет.

Телефон пискнул: новое сообщение от неизвестного номера. Короткое, как укол: «Вы играете не в свои игры. Москва вас не спасёт». Анна показала экран Жарову.

— Они уже знают, куда мы двигаемся. Вот только от куда?

Он пожал плечами:

— Тем лучше. Значит, боятся. Сейчас главное скинуть все хвосты до Москвы.

На улицах города чувствовалась странная дрожь. Кафе наполовину пусты, люди шепчутся, в газетных киосках – свежие выпуски с осторожными заголовками: «Ситуация в музее требует проверки». Официальные каналы транслировали одно и то же: «Информация проверяется, источники сомнительны». Но в соцсетях всё бурлило – видео со склада уже разошлось. Кто-то делал мемы, кто-то угрожал Анне, кто-то называл героем. Анна смотрела ленту и понимала: она стала лицом этой истории. А это значит и мишенью. Жаров подал ей вторую чашку кофе.

— Тебе нужно решить: мы едем сегодня или завтра. Каждая лишняя ночь здесь огромный риск для нас.

— Сегодня, – ответила она.

Он кивнул и неожиданно сказал.

— Я останусь.

— Что?

— Кто-то должен прикрывать Лисаеву и следить за домом Марины. Я готов этим заняться.

Анна хотела возразить, но встретила его взгляд: спокойный, решительный.

— Ладно, – тихо сказала она. – Но будь осторожен.

— Ты тоже.

Перед выходом Анна открыла ноутбук и перепроверила копии: видео, фото, сканы актов, снимки Крылова. Флешку спрятала во внутренний карман джинсовой куртки. На бумажке адрес в Москве, который прислал Сорокин: неприметное здание на окраине, без вывески. Телефон снова зазвонил, на этот раз беспокоил Алексей.

— Анна? – его голос был напряжённым, но держался. – Я поговорил с редакцией. Они понимают, что это бомба, но боятся давления. Если ты привезёшь что-то неопровержимое, то мы рискнём.

— У меня все на руках, – сказала Анна. Я еду.

— Удачи, ждем тебя с нетерпением.

Она молча кивнула, хотя он не смог это увидеть. Вечером Анна вышла из квартиры с маленьким рюкзаком. Город встречал её мокрыми фонарями и пустыми троллейбусами. Каждый шаг отдавался эхом тревоги, но и какой-то странной решимости. Она больше не чувствовала себя охотницей за локальной правдой. Теперь это был бой за нечто большее: против сети, которая привыкла оставаться невидимой. Когда такси свернуло на трассу, Анна оглянулась в последний раз: в темноте её старый город казался безмолвным свидетелем, который знает, что сегодня из него уезжает человек, решившийся на важный шаг в своей жизни. Дорога началась с дождя. Такси выехало из прибрежного города вглубь материка, и фары вырезали из тумана мокрый асфальт, переливавшийся жёлтыми разводами фонарей. Анна сидела на заднем сиденье, рюкзак прижат к коленям, ладонь сжимает карман с флешкой. Каждые несколько минут она смотрела в зеркало заднего вида, отслеживая огни позади. На окраине городских кварталов дорога была пуста. Но после первой заправки она заметила: за ними держится чёрный внедорожник без номеров спереди. Водитель не обгонял, но и не отставал.