Книга Инженер смерти, страница 22 – Валерий Шарапов

— Кто сказал, что его похитили? — оборвал Пинчук. Он выпрямился, взял фарфоровый заварник и налил немного чаю в стакан. — Это мог быть родственник. Знакомый воспитательницы. Друг семьи, наконец.

— У мальчика нет семьи, — возразил Аркадий. — Он сирота. Из детского дома.

— Тем более. Может, этот мужчина собирается его усыновить. Может, кто-то из бывших соседей взял на выходные. Ты вообще проверял?

Аркадий молчал. Не проверял. Он просто побежал искать по горячим следам, как требовал его опыт.

Пинчук достал из пачки сигарету, закурил. Выдохнул дым в сторону окна.

— Но это еще не все, — продолжил он тише, но голос его стал жестче. — Мосгаз подал жалобу. Их слесарь, которого вы с Кочкиным… как бы это сказать… допрашивали, теперь не может согнуть руку. Утверждает, что это сделал ты. Мне пришлось лично перед слесарем извиняться.

— У нас была веская причина вести себя так.

— Какая? Он вам угрожал? Или просто не так посмотрел?

Аркадий стиснул зубы.

— Нам показалось, что он вел себя подозрительно, — сказал он.

— Он работал, — поправил Пинчук. — Проверял газовые трубы. И теперь пишет заявление на тебя. Мне пришлось звонить их начальнику и уговаривать не раздувать скандал. Ты понимаешь, что это значит?

Аркадий не ответил.

Пинчук затушил сигарету в пепельнице, вернулся к столу, сел. Посмотрел на Аркадия снизу вверх.

— Я прикрепил тебя к следственной группе для усиления, Никитин. А получается — для ослабления. Три дня прошло. Где результаты? Кто убил пенсионера Блинова в библиотеке? Кто убил Сидоренкова у его собственной квартиры? Я жду ответов.

Аркадий переступил с ноги на ногу. Бедро отозвалось тупой болью.

— Дела связаны, — сказал он. — Оружие нашли в мусорном баке на Тельмана, где неподалеку жил Блинов. Участкового убили, потому что он это оружие нашел. Блинова убили, потому что он про это оружие что-то знал. Мальчика похитили в отместку за то, что не смогли найти книгу, которую в последние дни своей жизни читал Блинов. Все связано.

— Докажи.

— Пока не могу. Но я уверен.

— Одной уверенности мало, — сказал Пинчук. — Нужны факты. Улики. Показания. А у тебя что? Убитый читатель и избитый слесарь. Это не расследование, Никитин. Это самодеятельность.

Пинчук вздохнул, потер переносицу.

— Я понимаю, что ты хочешь раскрыть это дело, — сказал он устало. — Но так нельзя. Ты не один работаешь. Есть следственная группа, есть начальство, есть порядок. Если ты его нарушаешь — страдают все. И в первую очередь — ты сам.

— Понял, товарищ полковник.

— Надеюсь, что понял. — Пинчук открыл ящик стола, достал папку, бросил ее на стол перед Аркадием. — Вот протоколы осмотра квартиры Сидоренкова. Кушнир составил без тебя. Читай. И если найдешь что-то, что связывает это убийство с убийством Блинова, — приходи. Но с доказательствами. Не с одной уверенностью.

Аркадий взял папку, сунул под мышку.

— Я хочу объявить пропавшего мальчишку в розыск, — сказал он.

— Рано, Никитин. Сначала убедись, что его в самом деле похитили. А не просто какой-то знакомый повел его в зоопарк и на мороженое.

Аркадий развернулся, вышел из кабинета. Дверь за ним закрылась мягко, но он услышал, как щелкнула зажигалка: Пинчук снова закурил.

В коридоре было прохладнее. Аркадий прислонился к стене, открыл папку. Пробежал глазами по протоколу. Квартира Сидоренкова. Коммуналка на Бауманской. Три комнаты, две семьи. Сидоренков жил с женой и двумя детьми в одной комнате. Убит выстрелом в затылок. Труп лежал на лестничной площадке под дверями квартиры, его обнаружила жена, которая вернулась с ночной смены. Эксперты утверждают, что, судя по отсутствию крови на лестничной площадке, убили в другом месте, а труп демонстративно подложили под дверь. На стене мелом написано: «Он взял чужое». Соседи ничего не слышали.