Книга Чарующая бесполезность, страница 88 – Татьяна Нильсен

Гульбанкин достал лист бумаги и взял ручку, на секунду задумался и начал писать. Через час воспоминания о Родионе были закончены и теперь он с чистой совестью мог позвонить Александре. Почему-то Эдуард разволновался, он снова почувствовал себя тем пацаном, который за возможность нести портфель любимой девушки готов драться с целым миром. Она ответила быстро, как будто ждала его звонка.

— Здравствуйте Эдуард. — затараторила женщина, словно боялась, что у неё отберут телефон. — Как хорошо, что вы позвонили! Как вы себя чувствуете? Я в полиции пыталась получить встречу с вами, но получила отказ, потому что я не родственница и не жена. А домработница ответила по телефону, что она следит за домом. Вы не волнуйтесь!

— Всё хорошо, Саша, это вы не волнуйтесь. — мужчина перебил её. — Меня отпустили под залог. Я звоню вам сказать это и то, что наше свидание может состояться сегодня или когда вам будет удобно.

— Да хоть сейчас! — Александре показалось, что если она не увидит его немедленно, то снова потеряет. Женщина осеклась, боясь, что он прочитает её мысли. — Мне же надо отдать ключи от дома.

— Я заеду за вами через два часа, говорите адрес. — Гульбанкин коряво записал, прижимая трубку плечом. — Сначала мне надо заехать в полицию, надеюсь теперь надолго меня там не задержат.

Он, внутренне ликуя, переоделся и спустился вниз. Из кухни доносилось громыхание кастрюль и волшебные ароматы узбекского плова, логмана, каких-то диковинных специй и чеснока. Гульбанкин сглотнул слюну и крикнул в сторону кухни:

— Евгения Степановна, я обедать не буду, может быть позже. У меня дела.

— Да как так? — женщина высунула из дверей румяное, распаренное над кастрюлями лицо. — Я такую вкуснятину приготовила!

В это время в дверь позвонили. Эдуард, не спрашивая кто, открыл. На пороге стоял Юдинцев, тот был взволнован и не смотрел хозяину дома в глаза. Однако Гульбанкин находился в состоянии счастливой невесомости, не обратил на это внимания и снова крикнул домработнице:

— Компанию на обед составит Николай Петрович, а мне надо бежать. — потом обратился к компаньону. — Как ты узнал что меня выпустили?

— Позвонил адвокату. Ты же помнишь, что это и мой адвокат тоже, да собственно и всей нашей компании. — Юдинцев подхватил Эдуарда под руку и увлёк вглубь дома, подальше от ушей Сидоренко. — Нам надо очень серьёзно поговорить. Это не займёт много времени.

Гульбанкин с гостем вернулся в кабинет, они уселись в кресла напротив друг друга и он поторопил:

— Коля, я действительно опаздываю, так что выкладывай по-быстрому.

— Даже не знаю с чего начать. — замялся Юдинцев. Когда ехал на встречу, то в голове разложил всё по полочкам. Он представлял, что увидит Эдуарда Аркадьевича уставшим, раздавленным, больным, немощным, но тот выглядел энергичным, подтянутым и совершенно здоровым и от этого полочки в голове перепутались, а некоторые даже потерялись. — Начну с проблем в концерне, я не хотел обращаться в полицию, прежде решил поговорить с тобой. Ты помнишь тот проект биоэлектростанций, в который мы вложили кучу бабок?

— Конечно, но это сфера деятельности Переверзева.

— Я знаю, что это не моего ума дело, но случайно увидел один документ, и Марина со своей журналистской хваткой помогла раскопать некоторые нюансы.