Книга Кладбищенский цветок, страница 37 – Татьяна Нильсен

— И возраст не совсем совпадает, – поправил Павел. – Первой двадцать восемь, второй двадцать пять.

— Вы выяснили личность второй? – полицейский кивнул. – Что молчишь, рассказывай!

— Тело несколько дней лежало в морге, мы надеялись, что объявятся родственники. Кто-то же должен искать пропажу! Сами тем временем опергруппа тоже не сидела, сложа руки. Эксперт при тщательном осмотре обнаружил на пальцах девушки мельчайшие частички канифоли.

— Странно, она имеет отношение к радиоэлектронике, паяет детали? По сути, канифоль смола хвойных растений, затвердевшая в результате испарения жидких фракций, насколько я помню из курса по химии.

— И мы так подумали сначала: канифоль не имеет особенно широкого применения. Вот когда коснулись, стало понятно, что девушка может работать где угодно! Иногда олимпийцы натирают стрелы для стрельбы из лука. Канифоль используют в фармацевтической промышленности, в лакокрасочном производстве, химической промышленности, изготовлении смазочных материалов, производстве мыла, проклейки бумаги и картона. Танцоры фламенко, ирландских танцев и балета натирают составом обувь, для предотвращения проскальзывания. Канифоль широко применяется для натирки смычков струнных музыкальных инструментов. Без этой процедуры инструмент не звучит в полной мере! Тогда эксперт снова осмотрел руки жертвы и по еле уловимой деформации кистей пришёл к выводу, что девушка имеет непосредственное отношение к скрипке!

— Если канифоль сохранилась на руках девушки, значит, она совсем недавно пользовалась составом. Как ученицу музыкальной школы её можно исключить, возраст не тот, двадцать пять лет. Можно рассматривать только, как преподавателя, – Долгополова прикурила новую сигарету. – Думаю, обнаружили вы её легко?

— Легко сказать! Сначала мы думали так же. Обошли музыкальные школы и Дворцы культуры и ничего! Тогда расширили диапазон поиска, чуть с ума не сошли! Вы даже не представляете, сколько симфонических оркестров и струнных ансамблей в Москве и области! И всё-таки нам повезло! Администратор симфонического оркестра Москвы Русская филармония вспомнил девушку. Она работала там вне штата несколько месяцев.

— Это как вне штата?

— Девушку не устраивали в оркестр официально, взяли как с испытательным сроком, на самом деле вызывали на подмену на случай болезни, отпуска или отгула кого-то из скрипачей. Она знала репертуар и не пропускала репетиций. Когда поняла, что её тупо используют, всё бросила и ушла. Так как официально скрипачку не оформили, адреса и паспортных данных никто не фиксировал.

— Как-то же они связывались с девушкой?

— По телефону, только администратор его не сохранил. И всё же он дал ниточку: несколько месяцев тому назад он случайно встретил девушку в одном оркестре. Команда молодых людей неплохо сыгралась, решила забить на гордость и амбиции. Они работали только под заказ. Выставили в интернете рекламу и взялись обслуживать корпоративы, частные вечеринки, свадьбы, сходняки особой публики и даже похороны.

— И что исполняли? – Елизавета Андреевна засмеялась. – Людвига Ван Бетховена, Мендельсона, Листа, Чайковского?

— Администратор поведал, что лабали всё и классические произведения, и русские народные напевы, и «Битлз», и «Квин» и, естественно, «Мурку». Любой каприз за ваши деньги! Так вот, я связался с дирижёром и выяснил личность девушки, – Краснопёров вынул из папки очередной листок. – Загайнова Елена Владимировна. Уроженка города Тулы, родителей нет, то есть когда-то были, но в четырёхлетнем возрасте ребёнка лишились родительских прав за алкоголизм и распутный образ жизни. Загайнова воспитывалась в детском доме города Тулы, посещала музыкальную школу, потом поступила в музыкальное училище по классу скрипки, закончила блестяще, подавала большие надежды, но долго не могла прибиться к солидному коллективу, пока не попала в коммерческий оркестр, где начала неплохо зарабатывать.