Книга Медведь, страница 101 – Джулия Филлипс

Элена… Чтобы наказать саму себя, Сэм без конца читала и перечитывала письмо Мадлен. Доказательство своего губительного невежества.

Работала Сэм как никогда много. Привычная рутина смен в столовой помогала заглушить боль, хотя одного дохода, конечно, не хватало на покрытие платежей по закладной. Банк не желал разбираться, кто виноват в катастрофе: его интересовали только цифры. К концу лета начался процесс изъятия дома. Сэм сняла простыни, которые Элена прибила к потолку гостиной, и забрала наволочки, на которых лежала мамина голова. Пересчитала чаевые, которые скопила Элена, и убрала в чемодан, оставшийся после бабушки.

На пароме никто ни о чем не знал. Какое-то время мимо Сэм проплывали обрывки болтовни туристов про диких животных, происшествия и несчастье, случившееся с местной девушкой, но пассажиры даже не догадывались, что Сэм имеет к этому какое-то отношение. Для них она была практически служанкой, которая вытирает за ними бесконечные крошки, пока они беседуют о волнующих вещах, которые ждут их впереди. Вот и хорошо. Раньше Сэм злилась, что ее превращают в Золушку. Больше ее такая ерунда не волновала.

Бен нашел ее в комнате отдыха парома и обнял. Она не сопротивлялась. Ведь у нее умерла сестра.

Он не винил Сэм, просто сидел рядом и явно хотел поговорить. Когда ее затрясло, он положил ей на спину теплую ладонь и долго поглаживал круговыми движениями, пока Сэм не перешла от кромешного ужаса к относительному покою. Пол под ними вздымался и опускался вместе с движением волн. Когда входили другие члены экипажа, Бен жестом просил их уйти. Они понимают, сказал он. Настаивал, что понимают. И еще сказал Сэм, что тут невозможно кого-то винить.

Но Сэм так не считала. Если бы она тогда уехала с Беном, спасло бы это жизнь Элене? Может быть. И миллион других мелких изменений: если бы Элена в тот день не пошла на работу или столкнулась с медведем дальше от того места, где решили засесть Сэм и Дэнни, – встретила бы его, погладила бы зверю морду безо всяких происшествий и пошла дальше. Если бы Элена работала не в гольф – клубе, а в ресторане в городе и ей приходилось бы ездить на работу на машине, она бы ни за что на свете не стала ходить по этой тропе. Если бы десять лет назад не Сэм, а Элена прошла бы курсы торгового моряка и устроилась бы на паром. Если бы мама не заболела. Если бы ее бойфренд не поселился с ними. Если бы сестры в последний момент поехали с Мадлен в Милл-Крик, а оттуда уже начали бы путешествовать по свету. Сэм теперь постоянно об этом думала: кто виноват и что привело к такому повороту событий.

Как отреагировала бы Элена? Если бы она… Вот эту мысль Сэм никак не могла прогнать из головы. Голос сестры: «Ты никогда не слушаешь». Или: «Я тебя люблю». Сначала одно, потом другое, снова и снова по кругу. Элена могла объяснить Сэм, какой особенный этот медведь, какая странная и трепетная у них связь и что он никогда намеренно не причинит ей вред, но если и причинит, этот глубокий, неожиданный, расширяющий сознание опыт – находиться перед зверем и чувствовать, как его морда касается ее ладоней, – стоит любой боли. Она могла сказать, что умереть вполне допустимо, поскольку благодаря медведю она получила шанс по-настоящему жить.

А может, так: «Сэмми. Ты видела, как я страдала. Ты слышала скрежет. Кость о кость, клыки о череп. Этот медведь в конце концов показал, как бессмысленна любая наша страсть, любое влечение».