Книга Глубина, страница 140 – Крейг Дэвидсон

— Он может сломаться при падении, – предупредила Эл.

— Можем чем-то подстраховать?

— В принципе, да. Раздевайся.

— Прости, что?..

— Твой комбинезон, – сказала она, расстегивая свой. – Я положу его с другой стороны в качестве мата. И свой тоже. Будет подушка.

Люк снял комбинезон. В свете тоннеля его тело выглядело болезненным; чернота моря, проникающая через иллюминатор наверху, отбрасывала круглую тень на его сердце. Тело Эл было мускулистым и бледным – слишком много времени она провела под водой. У нее было парное тату в виде пропеллера – по одному в районе каждой подвздошной кости.

— Старое суеверие, – объяснила Эл, заметив его взгляд. – Так-то моряки раньше делали татуировки пропеллеров на заднице, по одной на каждой половине. С ними тебе якобы не грозит потонуть. Если корабль идет ко дну, эти моторчики помогают тебе добраться до ближайшей суши.

Они долго смотрели друг на друга. Люк чувствовал тепло, исходящее от тела Элис. В их переглядках сквозила признательность, свойственная солдатам, делящим один дот под плотным огнем, – но вместе с ней и что-то менее деликатное. Что-то грубоватое.

— Ладно, – бросила Эл, отводя взгляд. – Сейчас вернусь. – Она проскользнула через лаз в майке и обтягивающих шортах, разложила их комбинезоны с другой стороны и вернулась обратно. Они подняли генератор и задвинули его в желоб; он вошел легко, с запасом. Элис подтолкнула его ногами; Люк последовал ее примеру. Генератор выпал из лаза, громогласно грянув об пол. Они осмотрели его – видимых повреждений нет. Облачившись в комбинезоны и переглянувшись, Люк и Эл продолжили путь.

Им снова казалось, что переходы удлиняются, хитроумно растягиваясь и натягиваясь, притом еще и сужаясь, и делаясь ниже. Геометрия станции незаметно менялась. До их слуха время от времени доносился шум, напоминающий шаги. Причем это был не уже знакомый топоток вымокшей шпаны, а чья-то тяжелая целеустремленная поступь, распространявшаяся под сводами «Триеста», – то есть источник звука почти наверняка находился внутристанции.

«Может, это тварь из сундука, дорогуша, – вставила мать Люка. – Надо полагать, у нее большие ноги – раз такие большие руки…»

«Замолчи, мам, – подумал Люк. – Кто, если не Клэйтон? Других людей здесь больше нет, так что почти наверняка это он. Может, он нас преследует – не хочет отпускать».

Люк зафиксировал створки шлюза, открывающегося в складской коридор, и помог Эл протиснуть через них генератор. Большая часть работы ныне лежала на нем из-за проблем Эл с рукой. Вытащив аварийный фонарик из стенной ниши, Эл зажгла его. Света приборчик давал всего ничего.

Генератор зацепился колесом за решетку в полу. Люк ругнулся, чувствуя, как накатывают гнев и страх, и пнул неповоротливую штуку, отчего острая боль тут же пронзила колено. Он рухнул, тяжело дыша; глаза щипало от пота. От тяжелого чувства безнадеги здесь было никуда не деться – оно камнем давило на грудь. Их не выпустят с «Триеста» – доктор Той не бросал слова на ветер. Надзиратели за кулисами воздвигнут барьеры… взрастят в них ложные надежды… а затем играючи сокрушат все их планы побега отсюда. Так или иначе, что-то им помешает; Люк в этом уже уверился. Этот их план – мелкое и глупое дело, пустое продление агонии. Перегоревшая пробка, обрыв кабеля – неудачи, не смутившие бы ни на мгновение на поверхности, – здесь, в глубине, доконают их и похоронят.