Книга Обмен, страница 26 – Джон Гришэм

Мало того, что Митч никогда не планировал посетить эту страну, он и ее историей никогда не интересовался.

— К следующей неделе у меня будет по ней научная степень.

— Первые десять лет своей практики я представлял итальянские компании, ведущие бизнес в Ливии. Я часто там останавливался, пару лет у меня даже была квартирка в Триполи. Там жила моя женщина, марокканка.

Глаза Луки сверкнули. Митч невольно задался вопросом, сколько же в свое время Лука завел подружек по всему миру.

— Красотка была еще та, – проговорил он с тоской.

Еще бы! Стал бы Лука Сандрони тратить время на невзрачных женщин!

За эспрессо и обязательной в Италии послеобеденной сигаретой Лука предложил:

— Почему бы тебе не заехать в Лондон и не повидаться с Джованной? Она будет в восторге, если пригласишь ее лично. Заодно проведай мою девочку и скажи ей, что у меня все хорошо.

— У тебя и правда все хорошо, Лука?

— Не совсем. Мне осталось меньше полугода, Митч. Рак агрессивный, и я мало что могу сделать. Теперь дело за тобой.

— Спасибо за доверие, Лука. Я не подведу!

— Я в тебя верю, но боюсь не дожить до завершения дела.

За два часа до посадки на прямой рейс из Рима в Лондон Митч внезапно передумал и взял последний билет до нью-йоркского аэропорта Кеннеди. Дома ждали неотложные дела. Ужин с Джованной не к спеху.

Прикованный на восемь часов к узкому креслу, Митч, как всегда, коротал время за изучением материалов дела – таких скучных, что ему удалось вздремнуть разок-другой. Сначала он просмотрел список дел и текущий состав Международного арбитражного суда и прочел биографии двадцати его членов. Их назначал сроком на пять лет один из многочисленных комитетов Организации Объединенных Наций, причем львиную долю времени они проводили в Женеве и все их расходы щедро оплачивались. За выпивкой в Нью-Йорке кое-кто из бывших членов суда признался Митчу, что Международный арбитражный суд – пожалуй, самое лучшее место работы для стареющих юристов с международной практикой и связями. Как всегда, в составе с избытком хватало ярких юридических умов со всех континентов, большинство из которых так или иначе отметились на юридических факультетах заведений Лиги плюща, либо в качестве студентов, либо в качестве преподавателей. Дела велись на английском и французском, хотя приветствовались любые языки. Два года назад Митч выступал в процессе и вел дело от имени аргентинского зернового кооператива, требовавшего возмещения убытков от южнокорейского импортера. Вдвоем с Эбби они провели в Женеве три незабываемых дня и до сих пор любили об этом вспоминать. Дело он выиграл, деньги выбил и отослал в Буэнос-Айрес внушительный счет.

Выиграть дело в Международном арбитражном суде не так сложно, если все факты за тебя. Суд обладает соответствующей юрисдикцией, поскольку контракты, например на строительство моста между «Ланнак» и ливийским правительством, содержат четко прописанный пункт, обязывающий обе стороны передавать свои споры на рассмотрение в международный арбитраж. Кроме того, Ливия, как и практически все другие страны, подписала всевозможные договоры, призванные облегчить международную торговлю и заставить нарушителей, каковых всегда хватает, повиноваться.

Выиграть довольно легко. Другое дело – получить полагающееся. Десятки государств-изгоев охотно подписывают любые контракты и договоры, необходимые для ведения бизнеса, вовсе не намереваясь выплачивать ущерб, признанный арбитражем. Чем дальше Митч читал, тем больше понимал, что Ливия неоднократно пыталась не выполнять обязательств по сделкам, которые выглядели многообещающими на момент заключения контракта, но потом разваливались.