Книга Мне уже не больно, страница 185 – Лили Рокс

Про побег я больше не заговаривала, хотя эта мысль терзала меня постоянно. Но, что толку? Лана не верила, и, как бы я ни хотела, ни убеждала ее, я видела, что она смирилась с возможной участью.

Больше всего мне нравилось лежать с ней на кровати, когда она слушала музыку. Ее глаза были закрыты, длинные пушистые ресницы бросали тени полумесяцами, а на губах блуждала слабая, едва уловимая улыбка. После своих чертовых таблеток она всегда была расслаблена.

Я сползала с подушки и укладывалась на ее грудь, прислушиваясь к равномерному стуку ее сердца. Этот ритм странно успокаивал меня, словно забирал всю тревогу, наполняя теплым, тихим спокойствием. Каждый стук напоминал мне, что, несмотря на все, Лана все еще рядом. Ее сердце билось, и пока я слышала этот звук, мне казалось, что все еще может быть хорошо.

“Я с тобой, сестренка, я всегда с тобой, пока бьются наши сердца…” — шептала я ей, хотя она не слышала, у нее были наушники.

Мой день рождения решили отмечать на реке. Вернее, Лазарев решил, а я промолчала, что было воспринято им как согласие. С нами ехал только Венский-старший, если не считать машины сопровождения. Младший к реке теперь относился весьма прохладно и благоразумно отказался.

Венский был за рулем, Лазарев сидел впереди, а мы с Ланой устроились на заднем сидении. Багажник был забит спиртным, какими-то замысловатыми закусками, приготовленными поваром Лазарева и аккуратно упакованными в разнокалиберные судочки. Еле нашли место для торта, который заказали в известной кондитерской.

Я всю дорогу смотрела в окно. Проносящиеся мимо поля, лесополосы, дома постепенно начинали вызывать у меня легкую тошноту. Облегчение пришло, когда машина наконец замедлилась и остановилась у забора.

— Зеленая ты какая-то, — обеспокоенно заметил Лазарев. — Сейчас открою дверь, приляжешь немного.

Я плюхнулась на диван, прикрыла глаза и попыталась успокоить внутренний дискомфорт. Остальные хлопотали вокруг, перетаскивали вещи, перекликались вполголоса. Из полусонного состояния меня вырвал телефонный звонок — Ангелина поздравляла меня с днем рождения. Ее голос был бойким и стандартно веселым, но когда я спросила, почему она не приехала, она замялась и неуверенно сослалась на работу. Я почти не сомневалась — просто не захотела.

Вечно валяться на диване не получилось — еда манила, да и спать больше не хотелось. Я пошла к беседке. Там уже был накрыт стол, судя по стопкам, празднование шло полным ходом. Меня встретили нестройным хором поздравлений под руководством Лазарева. Венский сунул в руку пластиковый стакан с белым вином, а все остальные поспешили чокнуться со мной стопками коньяка. В качестве закуски — лимон с сахаром и грецкими орехами.

Поздравляли по очереди. Венский был краток и деловит, сопроводив тост подарком — графическим планшетом. Лана выдала какие-то общие фразы, а Лазарев разразился пламенной речью.

— Была бы у меня родная дочь, я бы гордился, если бы она хоть немного походила на тебя, — произнес он с пафосом.

Я только успела схватить немного салата, когда Лазарев неожиданно начал торопить всех.

— Успеешь поесть потом, — сказал он, выхватывая тарелку из моих рук. — Нам пора.

— Куда? Зачем? — я удивленно оглянулась на остальных. Лана уже обматывала тарелку с бутербродами пищевой пленкой, а Венский складывал закуски обратно в сумку-холодильник.