Книга Отец подруги. Ты моя проблема, страница 16 – Ульяна Краш

— О, а мне нравится! — она крутит меня за руку, оценивая наряд. — Но зачем эта тряпка?

— Солнце... — лепечу я.

— Бред! — Алиса хватает меня за руку и тащит по мраморной лестнице.

Молохов сидит на террасе, залитой солнцем. В его руке — бокал с чем-то янтарным, лед звенит при каждом движении. Он в белых льняных штанах и рубашке, расстёгнутой до середины груди. Тоже уже переоделся.

— Пап, мы идём на пляж! — Алиса звенит, как колокольчик. — Иди с нами!

Нет. Нет. Нет.

Я сжимаю пальцы в кулаки, мысленно умоляя его отказаться.

— Хорошая идея, — его голос звучит спокойно, но глаза — эти серые, пронизывающие глаза — скользят по моей тунике, будто видят сквозь неё.

Моё сердце замирает. А я так хотела искупаться в тишине и без стеснения, а теперь вряд ли смогу. Молохов встаёт со своего плетёного кресла. И присоединяется к нам. Или вернее, мы к нему. Потому что он ведёт нас к пляжу, а мы следуем за ним.

Тропинка петляет между скал, обдуваемая солёным бризом. Молохов идёт впереди, его спина напряжена под тонкой тканью рубашки.

— Вот он! — Алиса взвизгивает от восторга.

Пляж — крошечный кусочек рая, зажатый между скалами. Вода здесь такая прозрачная, что видно каждый камешек на дне.

— Раздевайся! — командует Алиса в естественной ей манере, сама уже скинула полотенце и бежит к воде.

Я стою как вкопанная, чувствуя его взгляд на себе.

— Что-то не так? — Молохов подходит так близко, что чувствую его дыхание на своей коже.

— Нет... просто...

Он не дожидается ответа. Спокойными движениями снимает рубашку. Его тело идеальное: рельефные мышцы, золотистая кожа, тонкие шрамы, придающие ему опасный шарм, тату на плече и груди.

Я не могу отвести глаз, когда он поворачивается спиной. Узкая талия, сильные плечи, и...

— Арина? — Алиса машет мне из воды. — Ты присоединяешься?

Я глубоко вдыхаю и сбрасываю тунику.

Вода тёплая, но сначала кажется холодной, когда я вхожу в неё. Но это ничего по сравнению с тем, как горят мои щёки. Я тут же окунаюсь, чтобы побыстрее зайти в воду. И скрыть своё тело под водой от его глаз.

Когда я выныриваю, он стоит по пояс в воде всего в метре от меня.

— Плавать умеешь? — его голос низкий, только для меня.

— Да, — киваю.

А когда наши взгляды встречаются, я вижу в его глазах интерес. Или, мне кажется? Алиса смеётся где-то рядом, плещется в воде.

Молохов подходит ко мне, я интуитивно делаю шаг назад.

— Не бойся, — говорит он тихо, протягивает руку и поправляет мой бюстгальтер. Оказывается, он слетел, и я стояла перед ним с почти голой грудью.

— Повернись, застегну.

Я поворачиваюсь, прижимая чашечки к груди и сгорая от стыда, а он умело застёгивает верх купальника.

— Ещё раз будешь сверкать грудью передо мной, окажешься в моей постели, только в этот раз я не отпущу, — шепчет он на ухо. Сжимает мои плечи и отпускает.

Вода внезапно становится ледяной. Его слова обжигают сильнее, чем средиземноморское солнце. Я отплываю, стараясь сделать это естественно, будто просто решила сменить положение. Но сердце колотится так, что, кажется, его стук слышно даже Алисе, которая плещется в паре метров от нас.

— Арина, ты чего такая красная? Уже обгораешь? — Алиса щурится, подплывая ближе.

— Нет, просто... вода прохладная, — вру я, чувствуя, как Молохов наблюдает за мной с тем же выражением, с каким кот следит за мышкой.