Книга Моя. По праву истинности, страница 47 – Виктория Кузьмина

Я молча подошла, открыла заднюю дверь. Внутри сидел Паша, а на сиденье, все так же без сознания, лежал Агастус. Кровь на его лице уже засохла темными корками.

— Как он? — тихо спросила я.

Паша пожал плечами.

— Пульс бьется ровно. Дышит. Просто потерял сознание, не думаю, что его жизни что-то угрожает. Кровь давно перестала течь.

Я кивнула. Значит, мне придется ехать на переднем сиденье. Рядом с ним. Я скрипнула зубами от досады, но вариантов не было. Села, стараясь не смотреть в ту сторону.

Бестужев уже сидел за рулем. Только сейчас, в свете приборной панели, я разглядела, что кровь залила большую часть его плеча, груди и руки, темное пятно медленно расползалось по ткани. Я нахмурилась. Неужели пули были необычные? Не могли же оборотни стрелять не просто свинцом? Или могли?

Повернувшись к нему, я спросила, глядя в лобовое стекло:

— Почему кровь не останавливается? У тебя же повышенная регенерация.

Благодаря тому, что я больше не была без памяти, я вспомнила достаточно много об их физиологии.

Он смотрел на дорогу, его машины, как стая теней, последовали за нами.

— Скорее всего, пуля была с аконитом. Я ее чувствую. Она жжет. Была бы обычная — уже бы выползла.

— Тогда тебе тоже нужно с нами в больницу, — тихо сказала я, машинально осматривая свою кофту, залитую его кровью. Видимо, заляпала, когда он обнимал меня.

Мы ехали в тишине, тяжелой и неловкой. Потом Сириус спросил, не глядя на меня:

— Как ты нашла этого мужчину?

Я посмотрела на его профиль, озаренный неоном улиц, и решила, что ему будет лучше знать: теперь у меня есть семья. Настоящая. Может, это хоть немного, но даст мне козырь, шанс отгородиться от навязчивого внимания этого Альфы.

— Этот мужчина — мой брат, — тихо, но четко произнесла я.

Бестужев резко затормозил на пустынной дороге и повернулся ко мне. Его алые глаза впились в меня, полные неверия.

— Ты уверена в этом?

Я кивнула, не отводя взгляда.

— Поехали. Пока ты не истек кровью, а моему брату срочно нужна медицинская помощь.

— Расскажи мне все, — потребовал он, снова трогаясь с места.

Я повернула к нему голову, и в моем взгляде, должно быть, было столько накопленной усталости и раздражения, что он смолк.

— Не сейчас.

Когда мы подъехали к частной клинике, которую, видимо, спонсировал клан Бестужевых, Сириус, стиснув зубы от боли, помог Паше вытащить моего брата. Я просто шла за ними, чувствуя себя автоматом. Странно, но несмотря на лютый холод, я словно была в прострации, не ощущая ни колючего ветра, ни мороза. Может, это был остаток адреналина, а может, та самая сила, что проснулась во мне, защищала меня, как зверь защищает оборотней. Вон Бестужев, он и зимой ходил в легком пальто на футболку. Снег, падавший на него, шипел и таял, превращаясь в воду моментально.

Мы зашли в ярко освещенное приемное отделение. К нам тут же подбежали медсестры и санитары. Моего брата бережно уложили на каталку и увезли вглубь коридора. Ко мне подошла женщина в белом халате, с надменным выражением лица.

— У вас есть документы на этого мужчину? — ее тон был холодным и высокомерным.

Я отрицательно покачала головой.

Она цыкнула.

— Девушка, мы бездомным помощь не оказываем. Вы знаете, сколько таких к нам приходят? Это частная клиника и…

В этот момент подошел Сириус, кровь все еще сочилась сквозь футболку. Он встал рядом со мной, и его одного присутствия хватило, чтобы воздух сгустился.