Книга История (не) Белоснежки, страница 71 – Ямиля Нарт

— Нет, — согласилась я. — И смертельный опыт, и воля Богини изменили меня. Я вижу корень проблем, и я исправляю их. Но мне не хватает умов, Фальк. Умов, которые мыслят стратегически, которые понимают механизмы власти. Мне не хватает таких людей, как ты. Жёстких, но по-своему преданных королевству.

Он медленно поднялся с койки.

— И что? Ты предлагаешь мне службу? После всего? После заговора, после покушения на тебя? — он покачал головой. — Ты либо святая, либо безумная.

— Я прагматик, — ответила я. — Тебе грозит суд и, почти наверняка, казнь за государственную измену. Но казнь умного человека — это роскошь, которую разорённое королевство позволить себе не может. Особенно когда его знания и связи могут быть полезны. Я предлагаю тебе сделку.

Он насторожился, его глаза сузились.

— Какую?

— Ты поступаешь ко мне на службу. Под строгим надзором и с одним условием.

— Каким? — прошипел он.

— Магическим договором. Ты поклянёшься служить короне Олденира верно и преданно, не предпринимать действий во вред мне или принцессе Белоснежке, и хранить государственные тайны. В случае нарушения — магия приведёт приговор в исполнение сама.

— А что я получу? — спросил он.

— Во-первых, жизнь, — парировала я. — Это немало. Во-вторых, твоё имя не будет опозорено. И в-третьих…

Я сделала драматическую паузу.

— Я расскажу тебе, где искать твоего сына.

Он замер. Дыхание его прервалось, глаза расширились, в них вспыхнула дикая, безумная надежда, смешанная с недоверием.

— Ты… ты лжёшь. Его нет.

— Он жив, — твёрдо сказала я. — И я знаю, где он. Вернее, кем он стал. Его отдали на воспитание в семью дальнего родственника одного из лесничих. Он вырос.

— Кто он? — голос Фалька сорвался на шёпот. Вся его холодная надменность испарилась.

— Сначала договор, — непреклонно сказала я. — Ты получишь имя после того, как магический контракт будет подписан и скреплён. И получишь возможность увидеть его. Если, конечно, он захочет знать тебя после всей этой истории.

Фальк опустился обратно на койку, его плечи сгорбились. Он смотрел в пол, его пальцы сцепились в белый от напряжения узел. Борьба в нём была видна невооружённым глазом. Гордость, ненависть, жажда мести — против шанса на искупление, на службу и, главное, на возвращение сына.

— Кто будет скреплять договор? — спросил он наконец, не поднимая головы.

— Маг, которому я доверяю.

Он кивнул, словно что-то для себя решив.

— Хорошо, — выдохнул он. — Я согласен. На твоих условиях. Но знайте, королева… я буду служить королевству. Не вам лично.

— Этого достаточно, — сказала я, вставая.

Магический договор заключали на следующий день в той же камере.

— Контракт составлен лордом Эдгаром, — сказала я. — Он обязывает тебя к верной службе, запрещает прямо или косвенно вредить короне и обязывает хранить тайны. Нарушение любой из этих клятв вызовет магическую реакцию — сначала мучительную боль, затем, если действие не будет прекращено, остановку сердца. Прочти.

Он взял пергамент, пробежал глазами по строчкам. Его лицо оставалось непроницаемым. Он кивнул.

— Я готов.

— Тогда начнём, — сказал Геральдис. Он взял серебряный стилус, обмакнул его в чернила и протянул Фальку. — Коснись стилусом строки со своим именем и произнеси: «Я, имя, вступаю в сей договор своей волей и сознанием».