Книга История (не) Белоснежки, страница 72 – Ямиля Нарт

Фальк взял стилус. Его рука не дрогнула. Он коснулся строки, где было выведено «Фальк, герцог Олденирский», и чётко произнёс требуемую фразу.

В тот же миг чернила на пергаменте вспыхнули холодным серебристым огнём, обведя его имя сияющим контуром. Воздух в камере задрожал.

— Теперь твоя очередь, королева, — сказал Геральдис, обращаясь ко мне.

Я сделала то же самое, коснувшись стилосом своего имени — «Моргана, королева-регент Олденира» — и повторив формулу. Моё имя на пергаменте также вспыхнуло.

— А теперь скрепление, — произнёс Геральдис. Он взял один из серебряных браслетов и протянул его Фальку. — Надень. Он не снимется до твоей смерти или до расторжения договора по взаимному согласию.

Фальк нахмурился, но нацепил браслет на запястье. Металл сомкнулся с тихим щелчком, будто прикипел к коже.

Геральдис дал второй браслет мне. Я надела его.

— Теперь, — сказала я. — Я исполню свою часть соглашения. Твой сын известен сейчас как рядовой королевской стражи Элвин. Приемный сын главной служанки Фриды.

Лицо Фалька стало абсолютно белым. Он отшатнулся, будто от удара.

— Элвин… — прошептал он. — Всё это время так близко…

— Да, — кивнула я. — Он преданный служака. И ничего не знает о своём происхождении. Фрида приняла его младенцем, думая, что это незаконнорождённый ребёнок какой-то дальней родственницы. Она вырастила его как своего. Тебе решать, открываться ему или нет. Но помни — ты теперь связан договором. Любая попытка вовлечь его в интриги, использовать его… будет расценена как действие во вред короне.

Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова. В его глазах бушевала буря эмоций — невероятное облегчение, растерянность, страх, стыд. Я дала ему время прийти в себя.

— Завтра тебя переведут в отдельные покои в замке. Ты начнёшь работать. Сначала — анализ угроз со стороны Вальдрана. У тебя есть связи, знания. Я жду подробный отчёт.

Теперь можно было сосредоточиться на подготовке к другим, более приятным событиям.

Школа, идею которой я озвучила Белоснежке, уже переставала быть идеей. В восточном квартале столицы нашлось подходящее здание — бывший склад гильдии ткачей, просторный и крепкий. Его расчищали и перестраивали под руководством Фалька, который с головой ушел в этот проект. Белоснежка, к моей радости, принимала в этом живейшее участие. Она приезжала туда со мной, обсуждала, где будут стоять парты, какого цвета сделать ставни, какие книги закупить для первой библиотеки.

Было довольно сложно объяснить советникам необходимость подобного места.

Проект школы я представила на небольшом совещание в своём кабинете. Кроме меня, за столом сидели леди Илва, леди Камилла и герцог Фальк, чьё присутствие в качестве советника теперь уже не вызывало открытого изумления, лишь лёгкую настороженность. На столе перед нами лежали чертежи здания будущей школы и груда моих заметок.

— Итак, господа и дамы, — начала я, разложив листы, — переходим к проекту, который, я уверена, покажется вам немного… экзотическим. Государственная школа. Массовое начальное образование для детей от семи до пятнадцати лет.

В воздухе повисло молчание, окрашенное глубочайшим недоумением. Леди Илва поправила складки своего безупречного платья, её брови чуть приподнялись.

— Простите, Ваше Величество, но я, кажется, не вполне понимаю термин «массовое образование». Обучение грамоте и счёту — удел частных учителей, гувернёров для знати или церковных школ при храмах для особо одарённых детей, предназначенных для службы. Вы говорите о всех детях?