Книга История (не) Белоснежки, страница 77 – Ямиля Нарт

Я спрятала кольца в потайной ящик своего туалетного столика. До новолуния, до дня рождения Белоснежки, оставалось меньше недели. Волнение и страх сжимали горло, но отступать было поздно.

Я также начала брать уроки магии у Ксила. После церемонии и нашего разговора в зеркальном пространстве он сам предложил:

— У тебя есть предрасположенность.

Уроки проходили по вечерам. Я входила в зеркало, и Ксил учил меня чувствовать потоки магии — не как нечто чуждое, а как продолжение собственной воли. Я училась направлять крошечные сгустки энергии, чтобы заставить пламя свечи колыхаться или воду в кубке слегка нагреваться. Это было изнурительно, но невероятно увлекательно. Впервые в этом мире я ощущала не только груз ответственности, но и личную силу, растущую во мне.

Первый урожай с полей барона Годфрея, подпитанный энергией кристаллов маны, был собран. Урожайность превзошла самые смелые ожидания. Часть зерна раздали в качестве помощи самым бедным семьям в городе и окрестных деревнях.

На волне этого успеха я запустила новую программу: платные общественные работы. В межсезонье, когда у крестьян и многих горожан не было занятий, они могли наняться на строительство. Мы платили не только едой (что было стандартной практикой), но и медными, а иногда и серебряными монетами. Лорд Бертран, получивший в помощь Фалька, курировал строительство нескольких ключевых дорог и мостов. Леди Камилла организовала рытьё дренажных каналов на заболоченных окраинах, общественных бань, на которых настояла лично я. Стройки кипели. И что важнее всего — в лавках города начали оживлённо торговать. Получив реальные деньги, люди могли покупать не только хлеб, но и ткани, инструменты, посуду. Внутренний рынок, до этого дремавший, начал потихоньку шевелиться.

Последним пунктом моей подготовительной программы стала работа с самым закрытым и могущественным институтом — Орденом Магов. Замкнутая, гордая каста, возмущённая изгнанием Аларика и возвышением «шута» Геральдиса. Их молчаливое сопротивление чувствовалось во всём: в задержках с поставками магических компонентов, в вежливых, но бесполезных ответах на запросы.

Сведения, добытые Ксилом за долгие годы наблюдения, дали мне козыри — информацию о слабостях, связях, тайных долгах и личных амбициях ключевых фигур Ордена, включая его нынешнего главу, архимага Вальтера.

Я отправила ему письмо. Вежливое, но недвусмысленное. Приглашение на аудиенцию «для обсуждения будущего взаимодействия короны и Ордена на благо Олденира». Письмо было доставлено лично в руки. В конверт, помимо него, были вложены ещё три небольших листка. На каждом — сухая, конкретная информация. О тайной сделке архимага с торговцем артефактами, нарушавшей устав Ордена. О долге его племянника, покрытом из казны гильдии. О неосторожном высказывании в приватном кругу о «слабоумии правящей особы».

Архимаг Вальтер прибыл на следующий день. Он был высок, сух, одет в строгие синие мантии, расшитые серебряными рунами. Его лицо, обрамлённое седой бородой, было бесстрастным, но в узких глазах плескалось море сдерживаемой ярости и страха.

Наша беседа проходила в том же малом зале, где я вела переговоры с Бертраном и Илвой. Я предложила ему чай.

— Ваше Величество, — начал он, едва коснувшись чашки. — Вы просили о встрече. Чем может служить Орден?