Книга Тиран, я требую развод!, страница 130 – Элайра Вэлморн

Я провела так всю ночь, не смыкая глаз, охраняя его сон. А утром, когда первые робкие лучи солнца пробились сквозь дымовое отверстие в крыше, он проснулся. Открыл глаза и посмотрел на меня. И в его взгляде была такая ясность, такая чистота, какой я никогда раньше не видела. Он смотрел на меня так, словно видел впервые.

— Кирия… — прошептал он.

Мужчина медленно сел, и его взгляд скользнул по моей руке, которую я держала на его плече. Он замер. Его глаза расширились от ужаса, когда он, наконец, при свете дня, отчетливо увидел ее. Одну-единственную, крошечную, иссиня-черную чешуйку на моем запястье. Она была похожа на странную, темную родинку, навсегда вросшую в мою кожу.

— Что… — он схватил мою руку, и его пальцы дрожали. Он поднес ее к своим глазам, словно не веря. — Что это? Что ты наделала?!

В его голосе было столько муки, столько вины, что у меня сжалось сердце. Он не радовался своему исцелению. Он ужасался его цене.

— Я свободен… но я проклял тебя, — прошептал он, и его лицо исказилось от самобичевания. — Я отдал тебе свою тьму. Я превратил тебя в такого же монстра, как я сам.

— Тише, — я накрыла его руку своей. — Посмотри на меня, Эдвин.

Он с трудом поднял на меня взгляд.

— Это не твое проклятие, — сказала я твердо, глядя ему прямо в глаза. — Это не твоя тьма. Оно — наше. Мы разделили ее. Это не та боль, что мучила тебя. Я ничего не чувствую. Она не растет. Она просто… есть.

Я взяла его руку и приложила его палец к этой маленькой метке.

— Это не клеймо, Эдвин. Это шрам. Шрам, который остался после нашей главной битвы. Битвы, в которой мы победили. Вместе. Он будет напоминать нам не о тьме, а о том, что мы смогли ее одолеть. Это не символ проклятия. Это символ нашей связи.

Он смотрел на меня, и в его золотых, теперь чистых, как расплавленное солнце, глазах стояли слезы. Он пытался что-то сказать, но не мог. Просто притянул мою руку к своим губам и поцеловал ее. Он целовал не мою кожу. Он целовал мой шрам. И в этом поцелуе было столько раскаяния, столько благодарности, столько нежности, что я поняла — стена между нами рухнула окончательно. Навсегда.

Мы не могли долго предаваться покою. Война ждала. Через несколько часов, когда Эдвин окончательно окреп, мы собрали наш первый настоящий военный совет. Он проходил на плато перед пещерой Игниса. Мы — я и Эдвин. Бьорн, как вождь Детей Скал. И сам Игнис, чей могучий, древний силуэт вырисовывался на фоне серого неба. Его голос, могучий и мудрый, звучал прямо в наших головах.

Эдвин всех удивил. Он не стал командовать. Он повернулся ко мне.

— Кирия. Ты начала эту войну. Тебе и предлагать план.

Я посмотрела на него с благодарностью. Он признавал меня. Не просто как жену, а как равного партнера. Как полководца.

Я изложила свой план. Тот, что зрел в моей голове все эти дни.

— Мы не можем просто ударить в лоб. Армия Валериуса велика, и он укрепился в столице. Мы должны действовать хитрее. Мы нанесем удар с трех сторон.

Я повернулась к Бьорну.

— Твои люди станут нашими призраками. Вы будете сеять хаос внутри города. Мелкие диверсии, саботаж, распространение слухов. Вы должны парализовать их, заставить их бояться каждой тени.

Бьорн сурово кивнул.

— Мы готовы, Королева.

Затем я посмотрела на Эдвина.

— Твои верные полки и армия северных лордов, которые уже идут сюда, услышав о падении столицы. Они — наш молот. Они окружат город, отрежут все пути к отступлению. Но они не будут штурмовать. Они будут ждать. Ждать сигнала.