Книга Тиран, я требую развод!, страница 134 – Элайра Вэлморн

Победа пахла дымом, сталью и дождем. Утренний ливень, хлынувший с небес сразу после битвы, смывал с брусчатки кровь, гасил последние очаги пожаров и, казалось, очищал сам воздух от скверны предательства. Столица, пережившая оккупацию и освобождение в течение нескольких мучительных недель, медленно приходила в себя, как человек, очнувшийся после тяжелой лихорадки.

Дни, последовавшие за победой, были наполнены не триумфальными пирами, а тяжелой, кропотливой работой. Руины нужно было разобрать, раненых — вылечить, мертвых — похоронить. Но самое главное — нужно было выкорчевать сорняки измены, которые так глубоко пустили корни в землю королевства, и заложить фундамент нового, более прочного мира.

Мы с Эдвином работали без отдыха, и я видела, как он раскрывается по-новому. Ушла не только тьма проклятия, но и та ледяная броня, которую он носил десятилетиями. Он оказался не просто сильным, но и мудрым правителем. Он не стал устраивать кровавую чистку, казня всех подряд по малейшему подозрению. Каждый случай предательства разбирался тщательно, с привлечением свидетелей. Суд был скорым, но справедливым.

Король Валериус предстал перед Малым советом, который мы собрали из оставшихся верными лордов и представителей севера. Старый лис не раскаивался. Даже будучи в цепях, он был полон яда и презрения.

— Вы пожалеете об этом, — шипел он, глядя на Эдвина. — Мой сын отомстит за меня. Тарния никогда не простит этого унижения.

— О, я на это и рассчитываю, — холодно ответил Эдвин. Он развернул перед пленным королем новый мирный договор, который мы составили вместе. Это был не просто мир. Это была безоговорочная капитуляция. Тарния должна была выплатить колоссальные репарации за ущерб, нанесенный нашей стране. Она лишалась всех спорных территорий на границе. А наследный принц, тот самый, которому Лиана писала свои лживые письма, должен был лично приехать в нашу столицу и принести клятву верности короне Алстада, признавая наш суверенитет. — Ваш сын либо примет эти условия, либо следующей весной наши драконы навестят его столицу. И тогда от нее не останется даже пепла. Выбирайте.

Валериус смотрел на него, и в его глазах впервые появился страх. Он понял, что перед ним больше не мальчик, которым можно манипулировать. Перед ним был Король Драконов. Он подписал договор.

Затем мы занялись внутренними делами. Главным вопросом был статус наших союзников. Я настояла на том, чтобы это был не просто королевский указ, а нерушимый закон, принятый советом. Драконьи Пики и прилегающие к ним земли отныне объявлялись священной, неприкосновенной территорией под личным покровительством короны. Любая хозяйственная деятельность там была запрещена. Шахты герцога де Монфора были закрыты и затоплены. «Серебряная дорога» переходила под совместный контроль королевской гвардии и воинов Детей Скал. А сам народ гор, во главе с Бьорном, получал постоянное представительство в Малом совете. Они перестали быть дикарями-отшельниками. Они стали полноправной, уважаемой частью нашего королевства.

Когда все политические бури улеглись, настало время разобраться с нашими личными шрамами. Мы вернулись в горы. Не как беглецы, а как почетные гости. Нас встречали как богов. Драконы, полностью оправившиеся от своей хвори, выглядели великолепно. Их чешуя сияла на солнце, а огонь, который они теперь могли контролировать, был чистым и жарким.