Онлайн книга «Когда отцветает камелия»
|
Другой путь. Юкио какое-то время стоял неподвижно, обдумывая услышанное. Он знал многое об акамэ, но никогда не интересовался тем, существовали ли тайные способы, помогающие продлить их короткую жизнь или безболезненно лишить их силы. И всё же он хотел попробовать, только бы Цубаки оставалась рядом. Повернувшись к столу, Юкио наклонился и начал разбирать таблички эма, которые Кэтору принёс в дом сегодня вечером. Среди вещей хозяин святилища нашёл тонкую красную нить с привязанной к ней монеткой – это был один из счастливых талисманов Яматомори. Поднеся находку к футону, что лежал в другой стороне комнаты, Юкио присел на колени перед Цубаки и положил монету на свою ладонь. Акамэ приподняла брови, наблюдая за его движениями. Острым когтем указательного пальца он сделал на коже надрез, и талисман окрасился божественной кровью, которая вспыхнула голубым огнём и впиталась в артефакт, не оставив и следа. — Дай мне руку. Цубаки тоже села на колени и отодвинула широкий рукав, приоткрывая бледное запястье. — Как и обещал, я помогу. Теперь в этой монете заключена часть моей души, и она сможет какое-то время сдерживать внутренний огонь, но снимать талисман ни в коем случае нельзя! – сказал Юкио, повязав красную нить на левую руку акамэ. – Это временная мера, пока я не узнаю больше у богини Инари. — Спасибо вам! – Цубаки оглядела своё запястье, и хозяин святилища заметил, как уголки её губ чуть приподнялись, но в глазах улыбки не было. – Значит, совсем скоро вы уедете в Киото и вновь встретитесь с прошлой возлюбленной? От подобного вопроса Юкио опешил: он ещё в лесу говорил, что любовь к богине – это дела давно минувших дней, но сейчас почему-то не мог найти нужных слов, чтобы вновь доказать свою искренность. Как признаться в том, что он уже давно не думал о великой Инари? Ведь теперь его мысли занимала лишь одна смертная девушка, которая всегда находилась рядом. — Я знаю, что акамэ рождаются похожими на тех божеств, чью силу они в себе носят, – продолжила Цубаки. – Даже если я действительно выгляжу, как она, всё же я остаюсь собой. Юкио молчал: он не ожидал, что кто-то раскопает такие подробности о происхождении акамэ. — Думаю, до вашего отъезда в Киото мне больше не представится возможность оставить что-то в напоминание о себе. – Она придвинулась ближе к хозяину святилища и посмотрела ему в глаза: теперь печаль во взгляде Цубаки исчезла, зато появилось нечто притягательное и опасное. – Поэтому не сочтите за грубость. Она взяла его лицо в ладони, привстала на коленях и коснулась губами его губ. Юкио замер, не до конца осознавая, что только что произошло: от ушей до кончиков хвостов разлилась горячая волна, а сердце билось так быстро, словно кицунэ снова стал маленьким пугливым лисом, сбегающим от погони. Прикосновение горячих губ Цубаки длилось всего мгновение, после которого она отстранилась и сказала, не скрывая улыбки: — Пожалуйста, хорошенько запомните этот поце… Акамэ не успела договорить: Юкио притянул её к себе, положив ладонь на шею, и поцеловал. Медленно и трепетно, наслаждаясь мягкими губами и судорожными вдохами. Благодаря прекрасному слуху он знал, какой ритм выбивало её маленькое сердце, и этот звук сводил с ума. Кому нужна холодная вечность, когда один лишь короткий миг мог подарить столько тепла? |