Книга Обскур, страница 141 – Ирена Мадир

Маска в руках вибрирует. Кажется, одобрительно. Словно это она делала всё, вела к убийству… Хотя стоит ещё выяснить, действительно ли Барс мёртв или серьёзно ранен. Но гораздо важнее проверить Ворона…

Страх за него вспыхивает внезапно, окончательно рассеивая дымку аффекта, мешающего рассуждать.

— Хоук! – Я падаю рядом с ним на колени и судорожно натягиваю на его лицо окровавленную маску. – Это должно сработать… Пожалуйста, сработай…

Маска остаётся на нём, но ничего не происходит. Я нервно оборачиваюсь, подползаю к выроненному ножу и вспарываю себе ладонь. На ней остаётся глубокий красный росчерк, но боль от раны меня не беспокоит. Я просовываю под маску свою кисть, вдавливая её в приоткрытый рот Хоука. Моя кровь смешивается с его, стекая по подбородку к прокушенной шее.

— Ну же, давай… – умоляю я то ли его, то предков, то ли сам обскур.

Губы почти разрезает неровный всхлип облегчения, когда кадык Ворона дёргается. Он сглатывает, а в глазницах черепа вспыхивают огоньки…

ВОРОН

Сознание возвращается толчками, словно кто-то пинает мой ум обратно из кромешной мглы. Во рту сладкий вкус крови Куколки. Предположение, что она может быть ранена, окончательно приводит меня в чувство. Однако я ощущаю рядом её тепло и негромкий голос, и сглатываю живительную влагу. Обскур шевелится, концентрируясь у шеи, которую прокусил Барс. Маска на мне усиливает эффект, ускоряя заживление, как и свежая кровь, которая опускается по пищеводу.

— Хоук? – выдыхает Мия, склоняясь надо мной.

Я пытаюсь подняться. С клюва капает, а Куколка вся вымазана алым… Мой взгляд натыкается на Барса, распластавшегося на полу. В нём остались прорубленные клювом дыры. Это жуткая картина – дело рук Мии. Но внутри поднимается гордость за неё.

— Какая у меня храбрая Куколка, – хриплю я. Горло болит, ведь рана ещё не затянулась полностью.

— Предки! – Мия всхлипывает, прижимаясь ко мне, а затем испуганно отшатываясь: – Ты в порядке?

— Почти, – выговариваю я кое-как. – Тебе нужно уходить.

Она кивает и оглядывается на Барса, а затем на меня:

— Ты ведь справишься?

— Придумаю что-то.

Мия выпрямляется. Её пошатывает, кровь Барса капает с её пальцев. За окном стемнело. Остаётся надеяться, что никто не приметит окровавленную девчонку на улицах. Район не многолюдный, но всё же…

По спине проходит холодок, обскур буквально на пределе.

— Блять! – Я вскакиваю, едва не потеряв равновесие.

Мия придерживает меня и шепчет:

— Хоук… Я будто чувствую что-то… странное…

— Уходи! Беги, ну! – мои руки отталкивают её.

Как же всё не вовремя. Как неправильно… Почему всё не может пройти гладко хоть раз в моей долбанной жизни?

— Прочь! – рявкаю я.

Куколка моргает, а затем выполняет простой приказ, выбегая наружу. Это её единственный шанс. Не знаю, заметят ли Мию, но в доме они точно её найдут… Они. Черепа. Их двое, и они близко. Неужели, Барс позвал кого-то?

Я приближаюсь к его телу, замечая, что обскур всё ещё внутри него. Куколка хорошо постаралась моей маской, и всё же она не одна из нас, чтобы умертвить его. Я могу это сделать. Как дядя когда-то убил Ястреба, я могу добить Барса.

«Убей», – уговаривает… Обскур ли? Сейчас мне кажется, что кто-то из тех, кого я охраняю в Безднах, въедается в мой мозг. Но это меня не волнует, меня волнует только добыча, которую так легко уничтожить…