Книга Брошенная снежная королева дракона, страница 137 – Юлий Люцифер

Маленькая, сухая, с тем самым бесцветным лицом, которое может принадлежать как незаметной горничной, так и человеку, видевшему слишком многое. Она побледнела, увидев меня, но кланялась без дрожи. Значит, характер есть. Хорошо.

— Леди Эйлера принимает? — спросила я.

— Ваше величество… леди не ожидала…

— Это не ответ.

Силья сглотнула.

— Да, принимает.

— Прекрасно.

Тогда отойди и не мешай мне спасать ей жизнь.

Это попало.

Сразу.

Я увидела.

Силья отступила.

Очень хорошо.

Я вошла.

Эйлера была в той самой малой гостиной с видом на мост, где я подслушала ее разговор с Ревной. Сидела у окна с книгой в руках — разумеется, не читая. При моем появлении встала не резко. Почти даже грациозно. Но я уже видела, где кончается грация и начинается напряжение.

— Ваше величество, — сказала она.

— Оставь нас, Силья, — произнесла я, даже не глядя назад.

Эйлера чуть изменилась в лице.

— Силья останется.

Я перевела взгляд на горничную.

Потом обратно на нее.

— Тогда разговор будет короче.

И болезненнее.

Для всех.

Несколько секунд Эйлера смотрела, словно решая, какая именно сцена сейчас выгоднее: сопротивление или уступка. Потом сказала:

— Выйди, Силья.

Хорошо.

Очень хорошо.

Первый маленький выбор уже сделан.

Когда дверь закрылась, я не села.

И не предложила ей тоже.

Пусть почувствует разницу.

— Зачем вы пришли? — спросила она первой.

— За правдой.

— Тогда вы ошиблись адресом.

— Нет. — Я покачала головой. — Ошиблась я раньше, когда считала тебя просто женщиной, влюбившейся не туда.

Теперь знаю лучше.

Она очень медленно опустила книгу на стол.

— И что же вы знаете?

Я подошла к окну.

Встала так, чтобы за спиной был свет, а у нее — мое лицо полностью на виду.

— Что ты знала о настое.

Что ты знала о людях в моих покоях.

Что ты знала о системе больше, чем признавалась.

Что ты боишься Ревну.

И главное — что вчера она назвала тебя переходом.

На последнем слове лицо Эйлеры все-таки дрогнуло.

Едва заметно.

Но я ждала именно этого.

— Вы были в галерее, — сказала она.

— Да.

— Подслушивали.

— Нет. — Я чуть улыбнулась. — Я слушала.

Она отвернулась.

На секунду.

И только потом снова посмотрела на меня.

— И что теперь?

Вы пришли обвинять?

Угрожать?

Требовать признаний, чтобы потом гордо отнести их королю?

Вот тут я наконец села.

Медленно.

И указала ей на кресло напротив.

— Нет.

Я пришла предложить тебе последнюю взрослую сделку в этом доме.

Эйлера не села сразу.

— Почему вы вообще думаете, что я стану говорить с вами честно?

— Потому что Ревна уже не считает тебя полезной в долгую.

Потому что дом признал меня, а не тебя.

Потому что Хедрин под замком.

Потому что пепельный путь больше не мертв.

И потому что если ты еще не дура, то уже поняла: следующей королевой ты не станешь.

Следующей жертвой — вполне.

Это было жестоко.

Именно поэтому — правильно.

Эйлера села.

Медленно.

Очень прямо.

И я увидела в ней наконец то, чего раньше не было даже в самых напряженных разговорах:

усталость без роли.

Хорошо.

Вот с этого и начинаются честные женщины.

Или очень близкие к честности.

— Что вы предлагаете? — спросила она.

Я наклонилась вперед.

— Ты рассказываешь мне все, что знаешь о Ревне, старой службе, лекарствах, тканях, пепельных маршрутах и тех, кто готовил меня к исчезновению.

Отдаешь бумаги, копии, ключи, все, что держишь как страховку.