Книга Брошенная снежная королева дракона, страница 82 – Юлий Люцифер

Оно было чистым.

Слишком чистым.

Без инея.

Без следов.

Значит, либо здесь был кто-то, кто не просто искал вещи, но и стирал мелочи.

Либо… либо дворец не успел предупредить.

А может, предупреждал заранее.

Через слова:Ночью не одна.

Через кровь.

Через сердце.

Я медленно открыла ящик.

Портрета там уже, конечно, не было — я спрятала его заранее.

Хорошо.

Бусина Лиоры тоже была при мне, под корсажем.

Список… на месте.

Но сдвинут.

Черный ключ — со мной.

Значит, не нашли главное.

Или не знали, что именно ищут.

Дракон остановился в дверях спальни.

— Что пропало?

— Пока не знаю, — ответила я. — Но искали бумаги.

Он оглядел комнату одним взглядом.

Не как мужчина в чужой спальне.

Как хищник на месте проникновения.

— Кто сегодня входил сюда, кроме твоих людей?

— Лекарь.

Илина.

Обычная прислуга.

Настой от Эйлеры.

Он резко повернул голову ко мне.

— Ты его не пила?

— Нет.

— Хорошо.

Я коротко усмехнулась.

Без веселья.

— Вот и славно, что хоть кто-то в этом доме сегодня доволен моим непослушанием.

Он не ответил.

Уже осматривал косяк двери, след лекарской печати, пол у окна.

Лекарь вошел следом.

Поднял со столика маленький кусочек темной ткани.

— Маска для сонного порошка, — сказал он. — Или часть нее.

Сильный состав. Для обычной служанки — более чем.

Я повернулась к нему.

— Она очнется?

— Да.

Но не сразу. И будет плохо помнить последние минуты.

Конечно.

Очень удобно.

Удар нанесли не мне.

Пока нет.

Сначала — проверить покои, найти бумаги, а если помешает служанка — оглушить.

Быстро.

Точно.

Без лишней крови.

Это уже не шепот.

Не настой.

Не сплетня.

Это работа тех, кто понял: меня не удалось усыпить.

И решил перейти к прямому вторжению.

Меня хотят убрать.

Не через один красивый слух.

Через системное выдавливание.

Через тело, бумаги, слуг, коридоры, память.

Хорошо.

Очень хорошо, что они наконец перестали притворяться осторожными.

Это делает ненависть куда чище.

Я подошла к креслу и увидела на подлокотнике белую пыль.

Пальцами коснулась.

Понюхала.

Не обычная.

Не пыль.

Иней, смешанный с чем-то травяным.

Лекарь подошел ближе, взял щепотку, посмотрел.

— Это не из ваших покоев.

Похоже на порошок для усыпления легких откликов льда.

Его иногда используют маги при работе с нестабильными артефактами.

Я медленно выпрямилась.

— Значит, сюда пришли не только за бумагами.

Они ждали, что здесь может быть что-то… живое.

Дракон посмотрел на зеркало.

Да.

Он понял то же самое.

Если бы в покоях остался дневник, портрет или хоть один предмет, от которого уже пошел отклик, они бы попытались это погасить.

Снять.

Изъять.

Усыпить.

Значит, кто-то чувствует пробуждение дома не хуже нас.

Вот это уже по-настоящему опасно.

— Перекрыть восточное крыло, — сказал дракон стражникам.

— Никто не входит и не выходит без моего приказа.

И привести мне Ранвика.

Я резко повернулась.

— Нет.

Он посмотрел так, будто не расслышал.

— Что?

— Не трогай Ранвика сейчас.

— В моих покоях оглушили твою служанку.

— Именно. И если это сделал не он лично, а только по его линии, ты вспугнешь цепь до того, как мы увидим, кто дергает за ее конец.

Ранвик — инструмент.

Мне нужен не молоток. Мне нужна рука.

Он молчал.

Слишком долго для человека, у которого служанку чуть не убили в комнате жены.

Но потом все же коротко приказал: