Книга Позор для истинной. Фальшивая свадьба, страница 71 – Кристина Юраш

Нашла.

Тонкий том в темно-багровом переплете, без названия. Только символ на обложке — глаз, окруженный переплетающимися линиями, похожими на корни или змеиные тела. Я открыла его, пытаясь успокоить себя.

Страницы шепнули.

Не звук. Ощущение. Будто чьи-то пальцы провели по моей коже, оставляя ледяной след. Буквы на полупрозрачной бумаге перетекали, меняли форму, складываясь в слова, которые я понимала, хотя никогда не видела этого языка.

Сделки с Древними.

Я читала, глотая строки, и с каждой фразой внутри росло понимание, от которого хотелось выть.

Они не ждут. Они берут вперед.

Сердце пропустило удар.

Оплата — прежде действия. Желание исполнится только после того, как цена будет принята.

Я перечитала. Снова. И снова.

Нет. Нет, нет, нет.

Если они берут вперед… значит, моя сделка…

Я напряглась. Я ничего не понимала. Если они берут цену вперед, то почему он не взял? Почему он сразу сделал всё, но за ценой сказал, что придет сегодня?

Но книга не отпускала. Я заставила себя читать дальше.

Тот, кто не расплатится, познает гнев Древних.

И дальше — примеры. Короткие. Жесткие. Ужасные. Даже у тьмы было своеобразное чувство юмора.

Купец из Северного Вестермарка пожелал богатства. Получил золото. Но не отдал душу. Его дом сгорел вместе с семьей.

Девушка из Северных земель просила любви. Ей дали. Но она не заплатила. Её возлюбленный оказался Древним в человеческой оболочке. Она исчезла в ночь свадьбы.

Рыцарь умолял о силе. Ему дали. Но он не отдал обещанное. Его доспехи приросли к плоти. Он стал статуей из живой стали.

Я закрыла книгу. Руки дрожали так, что том едва не выскользнул на пол.

Последствия. Страшные. Неизбежные.

Я не могу не заплатить. Не после того, что уже получила то, о чем просила. Завод спасен. Отец счастлив. Контракты возвращены. Чудо случилось.

“Цена высока!” — шепнул разум.

“Я готова!” — ответила душа.

Да. Готова. Пусть заберет мое тело. Пусть возьмет то, что хочет. Лишь бы папа был в безопасности. Лишь бы наш дом остался нашим. Лишь бы…

Звук кареты.

Я вздрогнула, прислушиваясь. Колеса по булыжнику. Ржание лошадей. Голоса.

Отец.

Я бросила книгу обратно на полку, не закрывая шкаф. Не до этого. Выбежала из библиотеки, не разбирая дороги, и почти влетела в холл.

Дверь распахнулась.

И в дом вошел папа.

Но не тот усталый, поседевший человек, который вчера. Этот сиял. Глаза горели, щеки порозовели, а в улыбке было столько жизни, что у меня перехватило дыхание.

За ним — Бенедикт. Наш старый дворецкий. Седой, прямой, с тем самым непроницаемым выражением лица, которое означало: все под контролем.

Слуги. Они возвращались. Я слышала их шаги в коридоре, тихий шепот, шорох юбок. Дом оживал. Дышал. Возрождался. Все возвращалось на круги своя.

Слезы брызнули из глаз. Я не сдержалась. Бросилась к отцу, обнимая его так крепко, словно боялась, что он исчезнет.

— Папа…

— Ди! — он засмеялся, прижимая меня к себе. — О, ты не поверишь! Сейчас инвесторов хоть ушами ешь! Хоть третий завод строй! Наши свечи стали использовать в модных магазинах — говорят, они улучшают цвет лица. Дамы в очереди стоят за свечами Фермор! Одна скупила двадцать коробок! Для своих покоев! Представляешь? Очереди в магазинах! Все требуют свечи Фермор!

Я кивнула, уткнувшись лицом в его сюртук. Пахло табаком, холодом улицы и… счастьем.