Книга Позор для истинной. Фальшивая свадьба, страница 73 – Кристина Юраш

— Ди, — позвал он тихо. Голос осел, потеряв привычную командную твердость. — Можно войти?

Я кивнула, хотя горло перехватило спазмом. Отец прошел внутрь, не включая свет. Лунный свет из окна резал комнату пополам, и он шагнул в тень, словно боясь яркости.

— Я хочу серьезно поговорить с тобой, — произнес он, останавливаясь у края ковра. Его взгляд скользнул по мне, но не задержался. Он смотрел сквозь меня, на что-то далекое и пугающее. Внутри все напряглось. Какое-то неприятное тревожное предчувствие закралось мне под кожу и теперь шевелилось под ней.

— О чем? Что случилось, папа? — мой голос прозвучал хрипло. Я инстинктивно прикрыла рукавом запястье. Метка дернулась болезненным импульсом, словно почувствовала соперника.

Отец выдохнул. Звук был похож на свист поврежденных легких.

— Я тут подумал... — он замялся, перебирая края бумаг. — Решил все-таки подыскать тебе жениха. Нет, не к спеху… Не переживай… Просто… Я бы хотел, чтобы у тебя был кто-то еще… На всякий случай. Но только надежный. Такой, чтобы… чтобы не дал тебя в обиду… Понимаешь, о чем я?

Мир покачнулся. Я сделала шаг назад, натыкаясь спиной на холодный подоконник.

— Пап, ты чего? — шепот сорвался в крик. — Не пугай меня! Что-то стряслось? Говори! Не молчи!

— Нет, все в порядке. Просто… на всякий случай! — он поднял руку, останавливая меня. Жест был резким, нервным. — При условии, что все твое будет принадлежать тебе. Заводы, счета, недвижимость. Это будет твоя гарантия... Заводы будут твоей гарантией, а не приданым для мужа.

— В смысле? — ужас обжег меня изнутри, словно я сделала глоток расплавленного свинца. — Папа, ты что? Ты что такое говоришь?

Он отвернулся к окну, глядя на свой отраженный силуэт в темном стекле. Я видела, как дрожит его подбородок. Как напряглась жилка на шее. Он боялся. Не за бизнес. За меня.

— Да вот просто сердце сегодня прихватило, — произнес он буднично, но в этой будничности звенела фальшь. — Вот и испугался, что ты у меня останешься одна-одинешенька... Без защиты. Без капитала. Мужчины... они разные. А деньги — они всегда нужны. Вот, на всякий случай принес бумаги. Переоформление активов. Поставь свою подпись... Чтобы в случае чего ты осталась с деньгами и заводами. Независимо от мужа. Независимо от... меня.

Он протянул бумаги.

Листы дрожали в его руке.

Я смотрела на них, и мне казалось, что это не документы, а сговор со смертью. Подпись здесь означала согласие. Согласие с тем, что его не станет. А я даже думать об этом не хочу! Я даже мысли не допускаю, что это может однажды случиться!

— Папа! — я едва не плакала, слезы душили, горячие и злые. Злые на судьбу, злые на то, что я не могу повернуть время вспять и сделать так, чтобы папа жил вечно. — Папа! Я не хочу, чтобы ты умирал! Давай мы позовем доктора! Пусть он посмотрит твое сердце! Не пугай меня так... Зачем эти бумаги? Зачем сейчас? Это никак не подождет до утра?

Отец медленно повернулся. В лунном свете его лицо казалось постаревшим на десятилетие. Глаза — раньше такие уверенные, стальные — теперь были мутными, полными такой тихой, бездонной тоски, что мне захотелось завыть.

— Я просто... на всякий случай, — прошептал он. — Мало ли вдруг... Жизнь она... хрупкая, Ди. Как стекло. Одно неверное движение, и...