Книга Станционные хлопоты сударыни-попаданки, страница 10 – Ри Даль

— Послушайте, я понимаю вас и соболезную вам.

— Нет, не понимаете, — покачала я головой. — Но ваши соболезнования приняты. И я благодарю вас, что не бросили меня там, на рельсах.

— Ну, разве я мог поступить иначе? — он настойчиво искал скал со мной контакта глазами, но я всё время опускала взгляд.

— Уверена, что не могли, — пробормотала нехотя. — А теперь оставьте меня и идите своей дорогой.

Повернулась и зашагала прочь.

— Пелагея! — раздалось за спиной уже через пару секунд. — Церковь в другой стороне!

— Я знаю, — не оборачиваясь, я двигалась дальше.

Толбузин всё-таки нагнал меня:

— Погодите, так куда же вы идёте?

— На станцию.

— Тогда тем более пойдёмте вместе. Мне как раз туда.

— Зачем? — я остановилась в недоумении.

— Я ведь теперь тоже там служу.

— Что?.. — сорвалось у меня с губ с неприкрытым ужасом.

Фёдор этого, кажется, не заметил:

— Да-да, — иронично подтвердил он. — Мой отец, похоже, решил меня наказать и приставил помощником телеграфиста. Просто можете себе такое приставить?

Я похлопала глазами и покрепче сжала кулаки, чтобы не закипеть от ярости.

— Нет, не могу.

— О, да, я тоже, — усмехнулся Толбузин. — Однако факт остаётся фактом. Климент Борисович распорядился о назначении меня на службу в срочном порядке. Говорит, людей на станции не хватает. А мне всё равно нечем заняться. У стариков свои причуды…

Чувство надвигающейся катастрофы усилилось в разы. Назначить Фёдора Толбузина помощником телеграфиста?! Кто в здравом уме такое придумает?! Потолок его трудовой активности — заигрывания с дамами и кутёж в увеселительных заведениях!

Да, должность была, мягко говоря, не самая сложная. С такой работой справился бы любой человек, знающий основы грамоты и счёта. Но только не Фёдор! Он получил образование, конечно, считать и писать умел. Однако не умел самого главного — РАБОТАТЬ. А помощник телеграфиста работать всё-таки обязан.

Я сама не раз приходила на помощь телеграфистам, когда случались недочёты в расшифровках. Все сообщения необходимо перепроверять. ВНИМАТЕЛЬНО! А как раз в этом пункте у Фёдора имелся серьёзный пробел.

Я уже не шла, а летела на станцию, предчувствуя сердцем, что этот день может вновь закончиться трагедией, если кинуть всё на самотёк.

— Пелагея, я за вами не поспеваю! — умудрился пожаловаться Фёдор, когда я не стала дожидаться его и пустилась практически бегом.

— А вам разве не нужно уже находиться на рабочем месте, Фёдор Климентович? Помощник телеграфиста приступает к делам с восьми утра.

— Да, разумеется. Но я решил сделать небольшой перерыв и навестить вас. Всем нам в первую очередь стоит заботиться о душе, а не о бездушных машинах. Вы так не считаете, сударыня?

Я не нашлась с ответом. С Толбузиным-младшим для меня всё уже было понятно. Но оставалась надежда на хоть зачаточное благоразумие его отца. Климент Борисович всегда хорошо относился ко мне и был приветлив. Уж он-то должен понять всю сложность ситуации и не отмахиваться от моей помощи.

В контору при станции я влетела вихрем. Завидев меня, работники тут же повскакивали с мест и уже приготовились к потоку соболезнований, но мне было не до соблюдения светских приличий. Я двинулась прямиком к кабинету начальника станции. Даже некогда было задуматься, что ещё вчера это помещение принадлежало моему отцу, здесь мы вместе проводили много времени — и это было лучшее время для меня, не сомневаюсь, что для нас обоих. Но если бы стала поддаваться сентиментальным чувствам, на всё прочее меня бы уже не хватило.