Книга Василиса и проклятая мельница, страница 6 – Глория Нотта, Наталия Зябкова

Так и не решившись оглянуться, я бросилась вперед ещё быстрее, навстречу знакомой улице, с вьюнками, оплетавшими заборчики по сторонам, яркими пятнами львиного зева и лаем потревоженных собак. Как-то незаметно день склонился к закату, наполнившему воздух непередаваемым оранжево-розоватым сиянием, в котором лица прохожих казались моложе и милее.

Ключа от дома у меня не было. Недоумённо постояв перед знакомой калиткой, я перешла дорогу и постучала в железные воротца, выкрашенные в яркий цвет зелёнки. Пелагея Петровна словно дожидалась прямо за нею – не успела я отвести руку, как раздался её звонкий голос:

— Сейчас-сейчас! Иду-у!

С противным лязгом защёлка отодвинулась и в образовавшейся щели показалось лицо бабушкиной подруги. Сколько же я её не видела? Под большими прежде синими, а сейчас свинцово-серыми глазами пролегли целые сети морщинок. Округлое лицо заострилось и сморщилось, напоминая изюминку. Русые волосы поредели и обрели неопределённый оттенок. Лишь мудрая улыбка осталась прежней.

— Василиса! Здравствуй! – моментально узнав, она с юной прытью выскочила за ворота и крепко обняла меня. – Так выросла, прямо не узнать. Девушка-красавица! Вот горе-то стряслось с Верой!

Тут она спохватилась, пропуская меня во двор:

— Что же это я! Ты же за ключом, верно? Проходи скорее.

Я послушалась, а хозяйка немного замешкалась у порога, оглядываясь во все стороны. Только рядом с домом Пелагеи Петровны давящее ощущение опасности отступило. Я тоже любопытно выглянула из-за ворот – с этого места мельницу заслоняли густые кроны разросшихся яблонь.

— Пойдём, − Пелагея Петровна наконец вошла и закрыла за собой ворота на вновь противно лязгнувшую щеколду. – Сейчас покормлю тебя. Наверняка ничего из еды не купила?

Я покачала головой − не до того как-то было. Перед глазами вновь всплыло восковое бабушкино лицо, больничная койка, капельница.

— Мне бы чаю или кофе просто…

Только в этот миг осознала, насколько устала и проголодалась. Не удобно только… Соседка лишь отмахнулась от меня и повела за собой в просторную недавно отделанную кухню.

— Знаю я эти ваши, − она неопределённо покрутила рукой. – В городе у себя будешь чайком пробавляться. Сейчас борща налью, садись.

Оставив возражения, я плюхнулась на узкий диванчик у массивного обеденного стола.

— Скоро уже мои мужики с работы придут, − говорила Пелагея Петровна, наливая алый борщ в глубокую фарфоровую миску. – Петьку моего помнишь? Нет, он когда ты приезжала, на заработках был. А Серёжу? На сколько он тебя старше? – она посчитала на пальцах. – Да лет на десять. Петька женат был, но вот развелись год назад. Внучек у меня, Ванечка, в этом году в школу пойдёт. Серёжа так и не обзавёлся семьёй пока. У меня сейчас живут все трое. Старшие сейчас на работе, а Ванька-шалопай куда-то на велосипеде умотал. Ну, ничего, скоро вернётся, есть захочет.

На самом деле, мне сейчас совсем не хотелось встречаться с «мужиками» соседки. Слишком насыщенный день. Сейчас бы посидеть спокойно, привести мысли в порядок.

Пелагея Петровна продолжала тараторить о своих ненаглядных – я слушала вполуха. Ваня вчера с велосипеда свалился, колено разбил… Серёжа забор чинил…

— Вот я болтуха, − снова всплеснула руками соседка. – Доктор-то тебе что про Веру сказал? Чего с ней?