Книга Сердце магмы, страница 21 – Милена Завойчинская

— Я не засматриваюсь! — сначала открестилась я, а потом рассмеялась.

— Ага, конечно, — фыркнула Алина. — Смотри лучше сюда. Вот нитки, вот схема. Вот я, умная и способная, научу тебя . Это медитативно. Успокаивает нервы. Будешь у нас тихая, мирная, меланхоличная.

— Это я-то? — фыркнула я от смеха. — Я огненный маг, Алин. В моей крови пламя.

— Пофиг! Сиди сюда! — грозно приказала она, ткнув пальцем в стул.

Я прыснула от смеха и послушно села «сюда».

Оказалось, что пальцы у меня годятся не только для того, чтобы писать конспекты и плести магические узлы. Под руководством Алины у меня стал получаться довольно симпатичный брелок в виде единорога. Макраме затягивало. И правда медитативно, мне понравилось.

А я, в свою очередь, выполнила часть нашей негласной сделки и научила Алину основам вязания. Я умела, хотя и не любила. Я вообще многое умела, нас с Катькой мама учила. Но мой темперамент мне не позволял полюбить кропотливые усидчивые хобби. Правда, с собой из дома взяла пару мотков ниток, спицы и крючок. Сама не знаю зачем. Ну вот и пригодились.

— Вот смотри, — объясняла я, показывая ей базовые петли. — Накидываешь вот так… Провязываешь… Главное — не затягивай сильно, а то получится слишком туго.

— Ой, да я никогда не научусь! — стонала Алина, у которой крючок отказывался протягивать нить сквозь петлю. — Это же надо так пальцы изламывать! Не то что старое доброе макраме из толстых ниток или шнуров. Фу, не буду!

— Цыц! Я вязала узлы, и ты теперь давай тяни петельки.

— Давай лучше коврик на стену сплетешь? Я покажу как.

— Потом. Зато потом сможешь связать своему парню из города шапку, — поддразнила я ее.

— Он у меня магией согреется, — отмахнулась Алина, но стараться стала старательнее. Аж кончик языка высунула от усердия.

Позднее, за чаем с душистым алтайским медом и вареньем из сосновых шишек мы проболтали почти до утра. Говорили о доме, о родителях, о глупых школьных проказах.

Алина рассказала о своем парне, о том, как скучает по нему. Я о том, как мама учила меня различать лечебные травы и собирать их, даже не подозревая, что во мне просыпается настоящая магия.

— Знаешь, Васька, — задумчиво сказала соседка, прихлебывая из чашки уже остывший чай. — Кажется, начинаю понимать твоего айсберга. Немного.

— Это с чего вдруг? — не поняла я, с чего вдруг она поменяла тему. — И с какой стати — моего?!

— Ну, представь. Всю жизнь его готовили быть идеальным. На нем как скафандр такой ледяной. Дышать нельзя, ошибаться нельзя, чувствовать нельзя. А тут появляешься ты, булькаешь огнем, огрызаешься на любое замечание, клубок эмоций. И рушишь ему всю картину мира, ведь с ним никто, кроме тебя, не цапается. Он, наверное, просто не знает, как с тобой общаться. Ты для него как инопланетянка. Из деревни.

Я сначала стукнула ее чайной ложечкой за «деревню», а потом задумалась. В ее словах был смысл. Возможно, Алина была права. Он не хам. Он… потерянный.

Или я просто дурочка и вижу хорошее там, где его нет, и оправдываю зачем-то вредного сноба. Чисто девчачья заморочка, вполне допускаю.

На следующей неделе в академии объявили праздник. День Равноденствия — один из главных магических праздников, когда стихии находятся в идеальном балансе.

Большой зал украсили живыми цветами, травами и электрическими гирляндами. Кое-где добавились и магические искры. Из колонок звучала музыка, немного странная, незнакомая мне. Что-то древнее, мелодичное, вроде бы этническое, с ритмом словно в такт сердцу земли. Непонятное ощущение. Может, вплетена магия?