Книга Капитан под залог, страница 87 – Майя Хоук

Я смотрю на него.

— Ты боялся, — говорю я тихо.

Он не отвечает сразу. Смотрит на наши сцеплённые руки.

— Лейра умерла, — говорит он наконец. — И я решил, что больше не буду. Что месть — это достаточно. Что можно прожить, если просто идти в одну сторону и не смотреть по сторонам.

Я молчу.

— А потом ты пришла в участок, — говорит он. — И смотрела на меня так, как будто я не начальник полиции. Просто мужчина.

Что-то в горле сжимается.

— Я и сейчас так смотрю, — говорю я тихо.

Рейвен поднимает взгляд.

В этих светящихся глазах — всё то, что он не произносит вслух: семь лет пустоты.

Я не отвожу взгляда.

Он медленно поднимает мою руку и прижимает ладонью к своей щеке — просто держит так, закрыв глаза на секунду.

По его коже пробегают фиолетовые искры — тёплые.

Я чувствую их кончиками пальцев.

Его объятия — тёплые, надёжные, с лёгким весом руки на моём плече — последнее, что я чувствую перед тем, как темнота становится мягкой.

Я засыпаю так, как не засыпала, кажется, никогда. Без тревоги, без ощущения, что нужно держаться. Просто — отпускаю. И это правильно.

Во сне мы стоим где-то без стен и потолка — просто свет вокруг, тихий, без источника. Рейвен держит мою руку, и я чувствую, как его сияние перетекает ко мне — неторопливо, как вода сквозь ладони. Фиолетовые искры скользят по запястью, поднимаются выше, и там, где они касаются кожи, становится тепло. Не снаружи — внутри, в том месте, которое долго было пустым и немного холодным.

Я смотрю на наши сцеплённые руки и понимаю — не умом, а чем-то более глубоким — что это не просто передача энергии. Что у валарианцев это слово означает что-то, для чего в моём языке есть только одно приближение.

Брак.

Не бумага, не церемония, не объединение капиталов двух Торговых Домов. Вот это — свет, перетекающий из одного в другого, нить, которую уже не разрезать, не заметить, пока не натянется по-настоящему.

Я смотрю на него во сне и думаю, что не боюсь этого слова.

Просыпаюсь от тихого шороха.

Рейвен стоит у кровати спиной ко мне и застёгивает куртку. Плечо уже не розовое, кожа выровнялась за ночь, под тканью не угадывается ничего.

Я потягиваюсь. Моргаю. Нахожу его взглядом.

Он оборачивается — и в уголке рта улыбка. Я сонно улыбаюсь ему в ответ. И тут — как ушат холодной воды.

— Кейлан!

Рейвен, не говоря ни слова, достаёт коммуникатор и протягивает мне.

Я хватаю его обеими руками, сажусь, касаюсь экрана — и над кроватью разворачивается голограмма. Новостная лента, несколько каналов одновременно, заголовки один поверх другого.

«Сообщники Эвереста дают показания. Арест троих высокопоставленных сотрудников корпорации».

«Источник в полиции подтверждает: материалы ключевого свидетеля позволили надавить на задержанных».

«Кейлану Эвересту может быть предъявлено полноценное обвинение. Подробности — в эфире».

Я смотрю на это и не сразу верю.

— Материалы Миранды, — говорит Рейвен. — Её записи дали нам рычаг. Они не ожидали, что у нас будет настолько подробная картина. — Пауза. — Теперь у каждого из задержанных есть причина говорить первым.

Я листаю дальше.

Следующий заголовок заставляет меня остановиться.

«Дело капитана Блэкторна: прокуратура инициирует пересмотр. Новые доказательства ставят под сомнение законность обвинения».