Книга Академия Высших: студенты, страница 144 – Марта Трапная

Сигма назвала адрес, девушка вбила его в почтовую программу и показала Сигме результат. Сигма кивнула. Не бесплатно, конечно, совсем не бесплатно, но в рамках разумного. И к тому же удобно. Можно заплатить и не думать, успеют ли связать до ее возвращения.

Сигма расплатилась за заказ, получила квитанцию и совсем было собралась уходить, как вдруг девушка спросила:

— А хотите, добавим к заказу открытку? Это будет совершенно бесплатно. Раз вы сказали, что это подарок.

— Да, – кивнула Сигма. – Напишите на открытке «Верни мне мою жилетку», – она подумала, не добавить ли в конце «придурок», но решила, что нет. Не стоит. Слишком интимное обращение для подарка из магазина.

В тот же день пришел результат генетического теста. Возможность родства – 99%. Сигма снова и снова перечитывала эти простые слова. Значит, она все-таки увидит ее? Значит, эта женщина все-таки ее мама? Значит, мама все-таки жива? Радость сменялась волнением, волнение – тревогой. Тревога – страхом. Страх – неуверенностью и все начиналось по кругу. Ну, может быть, для этого и нужны семинары, решила Сигма. Жаль, что она здесь совсем одна и совсем не с кем поговорить. То есть поболтать, конечно, всегда найдется с кем. Но поговорить… Сигма вздохнула. Все-таки Академия ее ужасно разбаловала – сначала подруги, потом Мурасаки…

А перед встречей с мамой Сигма совсем не волновалась. Эта женщина из мэрии оказалась права – семинар был очень даже полезным. После него Сигма настроилась, что не надо ничего ждать, ни к чему готовиться, надо просто познакомиться с этой женщиной, как с незнакомой. Как обычно это делают люди. Интересы, мнения, симпатии и антипатии. Просто общение, без взывания к прошлому или требований вспомнить, кто есть кто. «Может быть, – говорил пожилой мужчина-лектор, – новая личность окажется совсем не такой, какой вы привыкли ее видеть. Это не значит, что раньше она была другой. Это значит, что раньше она была скрыта по разным причинам. А теперь вы видите ее как она есть – как ядро ореха без скорлупы. Но в такой ситуации человек очень уязвим…»

Что ж, если у мамы и была причина защищаться скорлупой от внешнего мира, то – надеялась Сигма – этой причиной была не она, ее дочь.

— Мама, – говорила Сигма про себя каждое утро, – привет!

И повторяла уже вслух:

— Здравствуй, Атаранта.

Имя не ложилось на язык, и каждый раз Сигма запиналась, хотя с каждым днем пауза становилась все короче и незаметнее. Но Сигма знала, что она была! Впрочем и на свое старое имя Арита Сигма отзывалась с трудом, хотя здесь все ее называли только так.

— Арита, девочка, – сказала как-то Атаранта, – а чем ты занимаешься?

— Я учусь, – ответила Сигма. – В Академии Высших.

Атаранта задумчиво покачала головой.

— Что-то я слышала об этой академии. Что простым смертным туда не попасть. Как тебя туда взяли? Говорят, они проверяют даже гены будущих студентов и берут только самых-самых выдающихся. Твои родители, наверное, очень талантливые и одаренные люди, да? Что у тебя за семья?

Сигма прикусила губу. Нет, к этому невозможно привыкнуть! Она даже не могла сказать: «ты – моя семья», потому что она не считала эту женщину своей мамой. Она выглядела… не так. Другая мимика, другие жесты, другие интонации. Когда Атаранта молчала или замирала на несколько мгновений, Сигма напряженно всматривалась в ее черты. И не понимала. Вроде бы вот – мамины глаза, мамин нос, мамины волосы… Но все вместе не складывалось в то родное лицо, которое Сигма помнила. Голос – да, голос был похожим. Но мало ли у кого похожие голоса. Интонации-то были чужими.