Книга Дракон учебе не помеха, страница 188 – Валентина Третьякова

— Ты нам должна. Мы сжалились над тобой…

— Хах… В каком месте проявилась эта жалость? В том, что ты заняла мое место в академии? В том, что я вкалывала забесплатно и ходила в обносках, пока ты красовалась в дорогих нарядах?

Линда замолчала, разглядывая Сьюзен, чье лицо в последнее время напоминало прокисший суп. Его черты не изменились. Те же губы, глаза, брови, нос, но какой же отталкивающей теперь казалась бывшая звезда академии. Она вздохнула и решила дать гадюке последний шанс.

— Знаешь, как говорят: не рой другому яму, сам в нее попадешь. Вы причиняли мне зло, но в результате наказали самих себя. Но вы в силах все изменить. Все в ваших руках. Достаточно перестать винить других и взять на себя ответственность за свои поступки. Всему можно научиться, в том числе жить честно и зарабатывать деньги, как это делают другие горожане. Было бы желание. Передай мои слова своим родителям. Они еще достаточно молоды, чтобы начать другую жизнь.

Линда говорила, но видела, что все ее слова пропадают впустую… “Что ж. Каждый сам звиздец своей судьбы”, — подумала она. Обогнула побагровевшую Сьюзен и продолжила путь в лабораторию. Больше она об этом думать не будет. В конце концов Олди взрослые люди, даже Сьюзен недавно исполнился двадцать один год. Это их жизнь, их судьба. А будут к ней еще лезть, магия Золотого Феникса всегда готова защитить тех, кого несправедливо обижают.

Время шло, Сьюзен периодически кудахтала, шипела или блеяла, а Линда училась. Каждую неделю она сдавала Даймону контрольные, брала дополнительные уроки по предметам, практиковалась за старинным сараем в стрельбе и охотничьей магии. С каждым днем она чувствовала себя все увереннее и блестяще сдала проверочный экзамен, который ректор Окс устроил всем в начале мая.

— В этом году выпускные экзамены посетят король с королевой, — объяснил он на преподавательском совете. — Хочу, чтобы все студенты показали блестящие результаты.

Даймон, который присутствовал на собрании, как владелец академии, поднял голову и удивленно посмотрел на наставника. Ректор Окс в ответ пожал плечами, мол, кто поймет прихоти царственных особ, и удивился проступившей на лице ученика радости.

— Даймон, я тут подумала, — тихо произнесла Линда, выводя пальцем невидимые узоры на обнаженной груди дракона.

— М?

— Я хочу быть честной со Стивеном и Амандой. Но без твоего разрешения не могу.

Даймон фыркнул. Он сразу понял, что Аня-Линда имела в виду. Он повернулся на бок, притянул ее к себе, зарылся носом в волосы, потерся щекой о щеку, потом нежно прикусил за ушко. Линда рвано вдохнула, по ее телу пробежала дрожь. Он отстранился и сказал:

— Давай расскажем. Хочу видеть, как мой наставник неприлично ржет.

Теперь они фыркнули вдвоем. Потом еще раз. И оба затряслись от безудержного смеха.

— И родителям тоже, — сказал Даймон, всхлипывая и утирая слезы. — Я имею в виду — моим.

Линде тут же стало не до смеха. Она окаменела в его руках и прерывисто вздохнула.

— Даймон, я боюсь…

Дракон перестал смеяться и внимательно посмотрел на Линду. Приподнял бровь. Недоуменно.

— Боюсь знакомиться с твоими родителям. Они скажут, что я недостаточно хороша для тебя, — выпалила Линда.

Даймон сел и усадил Линду напротив себя. Накинул ей на плечи одеяло — конец мая выдался прохладным, а окно в спальне было открыто.