Книга Королева северных земель, страница 85 – Виктория Богачева

А вот даны, с которыми спелся выблядок Ульва...

Даже пленных, которых привёз Рагнар, выслушали. Уж они дали себе волю, выговорили в лица ненавистных врагов всё, что копилось долгие седмицы.

Но это ничего не изменило.

«Ну, тебя же хотят убить, не нас, — сказал ему Хальвдан Охотник. — Зачем нам вмешиваться, зачем выставлять драккары? Да ещё и под твоим главенством».

Говорил он за всех конунгов и ярлов, что собрались на тинг вождей.

«Убьют меня, — возразил Рагнар, пусть и не допускал этой мысли. — Доберутся и до вас. И тоже убьют».

«Ну, тогда и поглядим», — улыбнулся конунг, у которого когда-то Морской Волк отгрыз добрую часть земель.

И тинг закончился. Многие покинули Хёльм, не став дожидаться утра. Рагнар же и Харальд остались заночевать, ведь утром предстояло решить, куда они отправятся.

Самым разумным местом представлялся Вестфольд. При попутном ветре и должном усердии на вёслах доберутся они быстро. Может, под конец даже нагонят драккары, которые увели Хакон и Эйрик Медвежья Лапа. Вестфольд — это его дом, его земля. Там живут его мать и сестра. В конце концов, там Сольвейг, которая носит под сердцем дитя...

И, желая уничтожить Рагнара, даны наверняка отправили к Вестфольду сильное войско. И он должен защищать свои земли и свою семью.

Но было ещё одно место, в которое он хотел отправиться...

— Надо было сперва убить Фроди, а потом притащить на тинг его голову. Или вовсе его не созывать, — произнёс Рагнар негромко.

Тень от костра легла на его щеку, обвела проступивший на скуле желвак.

— Я думал, угроза от данов подстегнёт конунгов и ярлов.

— Она и подстегнула.

Рагнар вскинул взгляд на серьёзного как никогда отца и вдруг рассмеялся. Невесёлым, хрипловатым смехом.

— Жаль, не в ту сторону, — пробурчал он и растёр мозолистой ладонью лицо.

— Никто не хочет расставаться со свободой, — конунг Харальд взял длинную палку и поворошил дрова.

Костёр зафырчал и вспыхнул градом искр, взвившихся вместе с дымом в тёмное, безлунное небо.

— Да, — кивнул Рагнар. — Пока у горла не окажется сапог, и ничего уже не останется.

— Или два сапога. И тогда придётся выбирать, чей краше, — Харальд поймал взгляд сына.

В его глазах отразился огонь, жадно принявшейся лизать новое бревно.

— Или пока не придётся выбирать, чей краше... — задумчиво повторил он и посмотрел на отца с каким-то ребячьим восторгом, который в детстве ощущал почти каждый день.

— Надо было прозвать тебя Мудрым, а не Суровым, — проговорил с лихим весельем.

Конунг Харальд шумно фыркнул.

— Тогда у меня мудрости было не больше, чем у тебя.

Отец вскоре ушёл, а Рагнар ещё долго сидел у костра. Лишь под утро, когда ночь уже казалась истончившимся покровом, он, наконец, провалился в тяжёлый, вязкий сон, который сразу потянул его куда-то глубоко.

Рагнар снова стоял на каменном плато напротив рунного камня, только теперь оно было безмолвным и пустым. Не слышно было ни шагов, ни голосов, ни дыхания людей — лишь ледяной, завывающий меж высоких камней ветер. Небо висело низко, и чёрные тучи скребли по его краям.

Первым он услышал звук, и из тумана перед ним вынырнули два ворона, такие чёрные, что казались порождением бездны. От разумного взгляда обоих между лопатками у Рагнара пробежал холодок. Он знал их. Каждый северянин знал.