Книга Рябиновая кровь, страница 82 – Марина Адлер

Я же, не сменила намерения покинуть водяного. С еще большей прытью направилась к тропинке.

— Ягда! Ты чего? — донеслось позади.

— Я передумала! — ответила, а сама изумилась тому, как злобно прозвучал голос.

Шаги уж скоро послышались рядом, а через мгновение холодная крупная рука обхватила моё запястье.

— Постой, Ягда. Государь велел всё показать здесь тебе. Передумать нельзя.

Я обернулась и уставилась на его руку, что мертвецки обвила кисть. Злость после его слов взметнулась внутри ещё сильнее. Видите ли, «Государь велел»! Сам то он, словно, и не горит желанием!

— Ты обещал не касаться меня!

— только для того, чтобы помочь. Понять помочь! — Тут же убрал он руку и поднял обе ладони вверх.

От этого вполне справедливого ответа стало ещё больнее внутри. Но почему? Сама же просила Яромира не трогать меня. И сама же сейчас страдаю от этого?

— С князем поговорю. Уверена, он все поймёт и найдёт тебе замену. Не станет отвлекать своего хорошего друга от занятного дела. — На последних словах голос мой все же, дрогнул от обиды. Обиды на себя, за то, что не имею права чувствовать что-то к Яромиру, но и видеть парня с другими девушками, даже бездыханными, тоже не могу.

Вновь почувствовала на своей руке касание. Яромир ловко сплёл наши пальцы, не позволяя вновь развернуться и уйти.

— Ягодка, ты что, ревнуешь? Русалки — сёстры мои, а не возлюбленные.

Я с изумлением уставилась на Яромира, который тут же отпустил мои руки, когда осознал почему решила покинуть его и что теперь этого не собираюсь делать. Тот словно довольный кот, тут же расплылся в улыбке. Эмоции мои ясно читались по глазам, а вздох облегчения невольно вырвался из груди. С плеч словно камень свалился. И я невольно осознала нечто тревожное: «Я что, действительно ревную? Что со мной?»

— Вовсе не ревную я тебя, Яромир, — слишком испуганно и быстро сказала вслух. Водяной же и бровью не повёл. Продолжал смотреть на меня сверху вниз так, словно решил подыграть ради моего спокойствия. На деле же, оба уже знали, что к чему. До чего моё глупое сердце докатилось.

— Хорошо, Ягда. Хорошо, — проговорил он, а сам с удовлетворением прошёлся взглядом по косе, в которой зеленела его блестящая прядь. Её вплела, чтобы не потерять и обратно вернуть Яромиру. Поблагодарить за помощь. А когда потянулась к ленте в волосах, то водяной сразу всё понял. — Не надо, ласточка, оставь себе, да почаще вплетай в косу. Для меня честь быть рядом с тобой хотя бы так.

Взгляд водяного стал настолько тёплым, что от этого и во мне что-то сразу переменилось. Мы так и стояли бы, глядя друг на друга под гулкую песнь лягушек у пруда, да только с другой стороны водоёма, где высился старинный толстый дуб, послышались другие песни. Вспыхнуло пламя, и кто-то зажёг высокий костёр, выстроенный конусом из толстых брёвен. Тот занялся гореть и вскоре мелкие искры осыпали горизонт золотым мерцанием. Внутри расцвела детская радость от созерцания приятной картины. Я ещё никогда не бывала на праздновании летнего солнцеворота. Обычно его праздновали простые люди. Княжне не место на таком празднике. Отец не раз отказывал мне в просьбе поглядеть на то, как его отмечают.

Издали плохо было видно сколько именно людей собралось для празднования. Но с десяток молодых парней, да девушек с венками на головах из полевых цветов уже могла сосчитать. Народу только прибавлялось с каждым мгновением. Не замечая сама за собой, я стала топтаться на месте от нетерпения, а на губах задрожала плохо сдерживаемая улыбка.