Книга Боги пустынь и южных морей, страница 61 – Эрли Моури

— Конечно ты выберешься, девонька-красавица. Я пока не знаю как, но буду думать, – заверил сотник, и ненадолго приумолк: камеру вошел тюремщик с огромной охапкой соломы.

Когда тот вышел и отдалился, Дехру продолжил, говоря немного тише, хотя его хрипловатый голос был по-прежнему громким: – Может даже эти твои деньги как-нибудь приспособим. Я уже думал по-всякому, как устроить побег или какую-нибудь другую сюда вместо тебя, но пока толкового решения нет. Ферзай не захочет рисковать, и тут уж прости, но я его очень понимаю.

Они поболтали еще немного о Кюрае, некоторых подробностях его смерти. Аютанец все пытался выпытать, был ли на самом деле крылатый демон. Эриса хитро выкручивалась, рассказывая о сильном дыме от пожара, благодаря которому ей якобы удалось убежать незамеченной. А в дыму, таком черном и страшном, ясно, что демоны могут померещиться любому. После чего сотник поспешил в гарнизон, заодно обещая послать людей на поиски господина Гюи.

— Эй, Аленсия, – капитан Корманду снова обнимал решетку, разъединившую его с арленсийкой. – Это что получается? Выходит, ты не сильно врешь, да? Ты того важного из Высокой Общины зарезала?

— У тебя хороший слух, господин пират, – Эриса улыбнулась ему, открывая бутылку эля. – Аленсии надо верить. И твоего знакомого, как его там… Горуму тоже ножичком попортила я – такая кровожадная дрянь.

— А дай эля? Хоть глоточек. Знаешь, сколько я здесь ничего вкуснее тухлой воды не пил? – попросил он, протягивая темные мускулистые руки через решетку.

— Аленсия добрая, – стануэсса вытащила из корзины запечатанную бутылку и протянула ярсомцу.

Едва ее рука приблизилась к решетке достаточно близко, как он тут же ловко вцепился в нее и грубо притянул госпожу Диорич к себе.

— Глупая ты девонька! – расхохотался пират, обхватывая ее второй рукой, поворачивая и прижимая к решетке спиной. – Говорил же тебе стражник, старик Корму опасен. Он такой: или задушит, или трахнет. Вот тебе сейчас больше, чего хочется?

— Козел, урод сранный! Я тебе сейчас этот эль об башку разобью! – Эриса изо всех сил рванулась, попыталась выкрутиться из его кисло пахнущих потом и мужчиной лап. И мысли лихорадочно метались в голове. Обе ее руки были заняты бутылками. Ударить мерзавца по голове стеклянной посудиной? Стоя спиной, и не видя его головы, увы, не попадет и не замахнется достаточно сильно. Прокусить ему руку? Тоже так себе решение. Во-первых, не дотянешься. А во-вторых, если дотянешься, то такая незначительная боль пирата только раззадорит. Разбить бутылку о решетку и резать ему руки острым стеклом?

— Эй не дергайся, девка! Дай хоть тити полапать, – одной рукой капитан нащупал ее грудь и, сжимая ее довольно заворчал, потом воскликнул: – Ого! Ах, какая! Есть за что подержаться! Какая хорошая сучка! Ладно, не дергайся. Сейчас отпущу, клянусь перед Селоином! Отпущу, сказал!

— Руки убери! Будет больно! – стануэсса готовилась разбить бутылку, подбирая взглядом удобное для удара место решетки. Лишь были сомнения: железные прутья могут спружинить, и тогда стекло уцелеет, а нужно было делать это быстро и наверняка.

— Успокойся ты, я же пошутил, – Корманду, однако, не спешил убрать руку с ее груди, а второй придерживал ее живот. – Успокойся. Обещаю, не трахну я тебя против твоей воли. Ты мне очень мила – на редкость хорошая девка. Уж прости.