Книга Любовь вопреки запретам, страница 58 – Сандра Лав

И злился на неё за то, что она заставила меня снова чувствовать. Злился на себя за то, что я всё еще тот же влюбленный дурак, прячущийся за маской сурового волка.

— И что же, по-вашему, меня волнует? — я развернулся, стараясь смотреть на Жозефину свысока.

— Думаю, точнее, я знаю, что это — она, Жозефина лукаво улыбнулась, указывая на спящую Мишель .

Я почувствовал, как ярость вскипает во мне. Мои ногти скрежетнули по подоконнику, оставляя глубокие борозды. Эта женщина читала меня, как открытую книгу, и мне это чертовски не нравилось.

— Я ведь взрослая женщина, Вальтер, она встала, выпрямляясь и глядя мне прямо в глаза.

— Я вижу, как вы на неё смотрите. В этом взгляде нет ненависти врага. Там голод, там тревога, там отчаяние мужчины, который идет наперекор собственным принципам. Поэтому я и спрашиваю начистоту: что вас так пугает в ваших чувствах?

— Смотрю обычно. Ничего особенного, ясно вам? — я почти прорычал это, делая шаг к ней, пытаясь подавить её своим авторитетом.

— Я Альфа этого клана. Моя задача — безопасность моих людей. И я просто хочу понять, что эта ведьма забыла здесь. Какие коварные мысли бродят в её голове, раз она решила вернуться именно сейчас? Она — угроза, и я обязан знать всё о её планах.

Я лгал. Лгал ей, лгал себе. Каждое моё слово было щитом, за которым я прятал кровоточащую рану. Я смотрел на Мишель и понимал, что мне плевать на её планы, плевать на её коварство. Я просто хотел, чтобы она открыла глаза и посмотрела на меня так, как раньше. И это осознание было самым страшным проигрышем в моей жизни.

Вальтер

Я стоял у края кровати. Мой взгляд, тяжелый и лихорадочный, был намертво прикован к Мишель. Ее грудь едва заметно, мучительно медленно вздымалась.

— Не можете ей простить до сих пор? Голос Жозефины прозвучал неожиданно, разрезая тишину комнаты.

Я уставился на нее, совершенно растерявшись. Вопрос застал меня врасплох, вырвав из омута собственных мрачных мыслей, где я раз за разом прокручивал тот момент, когда я узнал правду.

Жозефина мило улыбнулась, но в этой улыбке сквозила такая печаль, от которой у меня внутри всё сжалось. Она вновь склонилась над Мишель, осторожно, почти невесомо протирая бледное лицо влажной тканью.

— Вы не думали, что у нее просто не было выбора, раз она сразу вас не предупредила? — новый вопрос, тихий, но бьющий точно в цель.

Внутри меня взвилась волна протеста, горькая смесь обиды и уязвленного самолюбия. Выбор есть всегда!

Ведь так?

— Она могла признаться сразу, а не делать из этого тайну, мой голос прозвучал хрипло, неестественно твердо, словно я пытался убедить в этом самого себя.

— Она видела, как я к ней относился. Видела, что я доверял ей, а она носила в себе эту тайну и молчала.

— В любом случае, это уже в прошлом, отрезал я, стараясь придать взгляду стальной блеск.

Жозефина медленно приподнялась, вытирая руки об подол своего платья. Она посмотрела на меня в упор — долгим, пронзительным взглядом, в котором читалось разочарование.

— Так ли это на самом деле, Вальтер? — спросила она, и в ее тоне я услышал вызов.

— Неужели вы и правда верите, что это в прошлом?

— Да, это так, бросил я ей, чувствуя, как на скулах заиграли желваки. Я хотел, чтобы она замолчала. Я хотел, чтобы она перестала ковырять мою рану.