Книга Любовь вопреки запретам, страница 78 – Сандра Лав

— Зачем тебе это знать? — прямо спросила она, и я почувствовал, как тону в бездонных омутах её глаз. В них было столько боли и столько невысказанного.

— Может, потому что волнуюсь, слова сорвались с губ прежде, чем я успел их обдумать. Это было чистой правдой, и, произнося их, я почувствовал, как что-то внутри меня сжалось в ожидании её реакции.

Она вздрогнула. Легкая дрожь пробежала по её плечам, скрытым пледом, а глаза расширились, уставившись на меня с вопросительной смесью удивления и, кажется, недоверия.

— Не стоит, прошептала она почти беззвучно, отводя взгляд. В её голосе проскользнула такая тихая печаль, что у меня сжалось сердце. Я нахмурился, отлично понимая эту колючесть, эту защитную реакцию.

Она имела полное право так себя вести, после всего, что между нами произошло, после того, как я сам оттолкнул её. Но она ещё не знала, что теперь я вряд ли отступлюсь. Больше нет. Я слишком долго притворялся, что её нет в моей жизни, что она не важна.

Когда я окончательно понял, что могу ее потерять, теперь не могу остановиться. Она нужна мне, нужна была все это время, все эти два года, которые я прожил как в тумане. Я не жил, теперь понимаю это отчетливо. Я лишь существовал с болью в сердце, хотя мог принять ее изначально. Сжал кулаки из-за злости на самого себя.

— А это уже мне решать, Мишель, сказал я твердо, но без напора, давая понять, что моё решение окончательное. Мой взгляд был прикован к ней, я старался передать всю серьёзность своих намерений.

Она почувствовала это. В её глазах промелькнуло что-то неуловимое, но она быстро перевела разговор, словно пытаясь вернуться к более безопасной теме.

— Что с ведьмами? Что удалось узнать— спросила она, и в её голосе появилась прежняя резкость.

— Окружили нас, но странно, что не напали. Словно чего-то ждут, я постукивал пальцами по подлокотнику стула, в такт своим мыслям, размышляя над этой странной пассивностью. Это было не похоже на них. Мишель нахмурилась, явно уловив моё беспокойство.

— И что ты будешь делать? — её взгляд снова устремился на меня, полный ожидания.

— Пока дал воинам отдохнуть. Гас поддержал моё решение. Отправил весть в свой клан, я сделал паузу, наблюдая за ней.

— Отец должен отправить войско на подмогу.

Мишель странно взглянула на меня в этот момент. В её глазах читался вопрос, но и что-то большее — то ли опасение.

Я решил ответить на её невысказанный вопрос, который, как я чувствовал, витал в воздухе.

— Они боятся тебя, сказал я, понизив голос.

— Ведь увидели, на что ты способна.

На мгновение она выглядела почти уязвимой, словно эта внезапно раскрытая мощь, её собственная сила, пугала её саму.

— А ты, она запнулась, собираясь с духом.

— Тебя это испугало? — её вопрос был прямым, и в нём было столько скрытой надежды, что я ощутил это всем своим существом.

Я усмехнулся, но это была не насмешка, а скорее проявление глубокого, непоколебимого чувства.

— Ты никогда не пугала меня, Мишель, произнес я, и в моих словах не было ни тени лжи. Мой взгляд был искренним, проникающим в самую её душу.

Она резко отвернулась. Я видел, как напряглись её плечи, как она оскалилась, пряча лицо. Её взгляд был прикован к пустоте перед собой.

— В нашу последнюю встречу, начал я, и мой собственный голос показался мне чужим, надтреснутым. Я долго подбирал слова.