Книга Комната их тайн, страница 40 – Клэр Дуглас

Мама заходит в палату и замирает, театральным жестом прижав руку к груди. Возле постели Элис я вижу ту же женщину-детектива, с которой разговаривала у Вив.

— Кто это? – спрашивает мама с широко распахнутыми глазами.

— Констебль Хлои Джонс, – отвечаю я. – Она допрашивала нас с Ароном вчера. Наверное, берет у Элис показания.

Мама неодобрительно поджимает губы.

— Это не может подождать? Элис нужен отдых.

— Полицейские просто делают свою работу, мам. Им надо поймать убийцу.

— Но ты только представь, каково Элис снова проходить через такое!

Прежде чем я успеваю ответить, констебль Джонс встает, и мама бросается к постели Элис. У меня на глазах моя сильная, независимая сестра падает ей в объятия и рыдает у мамы на плече. Констебль Джонс смущенно отводит взгляд. У нее в руке пробирка в полиэтиленовом пакете – такие же были у криминалиста, который брал у нас образцы ДНК. Наверное, она взяла образец и у Элис. У меня ноет сердце от чувства вины. Как я буду с этим жить? Кто-то хотел навредить мне, хоть я и не знаю, кто и почему, а пострадали Элис с Кайлом… Вспоминаю слова мамы о том, что Элис казалось, будто за ними следят. Это было вечером воскресенья. Нападение произошло в ночь на понедельник. Тот, кто следил за домом, мог решить, что внутри мы с Ароном, а не Элис и Кайл.

Я вижу перед собой Арона в ту ночь в Венеции, когда мы попали в грозу. Он был такой красивый с мокрыми встрепанными волосами и каплями дождя на лице! Я тогда ясно почувствовала, что мы заново влюбляемся друг в друга. Он неидеален, и у нас есть свои проблемы, но я его люблю. Это его могли убить в ту ночь… Чувство вины снова поглощает меня с головой. Одна вина накладывается на другую.

Жизнь так коротка… Так чертовски коротка!

Констебль Джонс подходит ко мне, так и застрявшей в дверях.

— Здравствуйте, – говорит она, заталкивая блокнот в карман шерстяного пальто. В больнице тепло, и разноцветный шарф болтается у нее на руке. Она косится на Элис, которая продолжает рыдать в маминых объятиях.

— Я искренне сожалею насчет Кайла, – продолжает констебль. – Хотела напомнить, что, как офицер по связи с семьей, я всегда готова прийти вам или Элис на помощь. Пресса наверняка будет вам надоедать, но я бы посоветовала вам ни с кем не обсуждать то, что случилось.

Я испытываю одновременно облегчение и признательность.

— Спасибо, – отвечаю ей.

Записка, полученная утром, до сих пор беспокоит меня, а это отличная возможность рассказать про нее.

— Можно с вами переговорить? – спрашиваю констебля. – Только отдам это Элис. – Поднимаю вверх оранжевый бумажный пакет из «Сейлсбери» со сменой одежды и мобильным телефоном.

Констебль тепло улыбается мне.

— Конечно. Я подожду вас в коридоре.

Я наскоро обнимаю Элис и отдаю ей пакет, а потом оставляю их с мамой. Констебль Джонс встречает меня в коридоре, и мы идем в холл. По пути я рассказываю ей о записке.

— Не знаю, сообщил вам уже Арон о ней или нет…

Она качает головой.

— Я впервые об этом слышу. Записка у вас с собой?

Мы подходим к кофейне; лицо у констебля серьезное, и я впервые понимаю, что за ее дружественной улыбкой и теплыми карими глазами таится стальной стержень.

Я качаю головой.

— Она у Арона. Я… если честно, я боюсь. Если я была мишенью, то что, если этот человек к нам вернется?