Книга Охотники за дурью, страница 71 – Роман Путилов

Ребята из отдела получили информацию о произошедшем и подскочили на место, но было уже поздно что-то исправлять. Хорошо, что раненый стажер был сильным, упертым, и немногословным, к тому же обладал завидным здоровьем, в общем, настоящий десантник. После операции, находясь в реанимации, он упорно молчал, а потом, когда его «спустили» в обычную палату, не стал дожидаться прокурорского следователя, а просто, держась за стеночку, спустился из отделения на улицу, где его и подхватили ребята. Сейчас парень долечивался в военном госпитале, числясь в отделе в краткосрочном отпуске по семейным обстоятельствам, и казалось, что про это чрезвычайное происшествие можно забыть, но чертов районный оперок, каким-то чудом, вычислил стажера. Хорошо, что парни, которые крутились рядом, узнали об этом факте, практически из первых рук, поэтому пришлось районного опера, с тяжелым сердцем, сливать.

Официальная версия- был привлечен к операции двенадцатого отдела за городом, но, самовольно оставил отведенный ему пост и исчез. Так как районный опер имел репутацию, не самого дисциплинированного и ответственного сотрудника, постоянно попадающего в разные передряги, а это парни установили достоверно, то особо копать по факту его исчезновения не будут.

Майор стукнул кулаком в стену, и когда на пороге появился Максуд Гелаев, коротко приказал.

— Звонил человек, хочет встретиться. Возьми ребят и скатайся. Если ничего срочного, то завтра утром доложишь. Я ждать не буду, домой поеду.

— Понял, командир. — Гелаев широко улыбнулся: — Все сделаю, все будет окей.

Декабрь 1994 года.

Сердце Города

Квартира майора Ситникова Анатолия Степановича, начальника двенадцатого отдела уголовного розыска УВД Города.

Анатолий Степанович, сидя в удобном кресле с бокалом «Хеннеси», переодевшись в уютный спортивный костюм, смотрел передачу «Час Пик». На экране двое симпатичных и по виду, весьма успешных, молодых мужчин обсуждали злободневные для современной России темы. Сегодня мужчина по фамилии Рапопорт рассказывал Владу Листьеву, как за четыре года, приехав из украинской провинции с столицу с женой и одним чемоданом, он основал и развил весьма приличных размеров банк.

— Надо узнать, сколько сейчас стоит открыть банк…- лениво думал Анатолий Степанович: — Я слышал, что не так дорого. Только этот усатый банкир по специальности экономист, да еще в Америке учился, я кто? Надо найти кого-то прошаренного, которого я смогу держать за кадык, и пусть работает. А то до рвоты уже надоел самодур — начальник УВД, а свой банк — это совсем иной уровень…

Ленивые мысли майора бесцеремонно прервал требовательный стук в дверь квартиры, перемежаемый настойчивым жужжанием электрического звонка. Из кухни выглянула встревоженная жена:

— Толя, опять тебя на работу вызывают?

— Сейчас разберусь. –майор вытащил из висящей на вешалке оперативки табельный «макаров» и осторожно подошел к входной двери, держась за кирпичным простенком.

— Кто? — осторожно спросил хозяин квартиры, прислушиваясь к движению за дверью.

— Анатолий Степанович, беда, откройте скорее, это Колбасов!

Майор, уже не ожидая пули через дверной глазок, припал к новомодному телескопическому окуляру. В просветленную оптику, специально заказанную знакомому из-за границы, никаких лишних теней, от замерших слева-справа от двери штурмовиков, видно не было, лишь нетерпеливо приплясывал на подъездном коврике, оперативник Колбасов, почему-то, с подбитым глазом. Майор вздохнул и начал медленно отпирать замки. Его по молодости как-то спас такой прием — местная «блатота», решившая разобраться с излишне борзым и наглым милицейским лейтенантом, не дождалась, пока откроются все три замка, а оттолкнув в сторону, «взятую в плен соседку», самонадеянно ударили в дверь накачанными телами… и ничего. Будущий майор рассмотрел всех визитеров через окно, пока они орали под его окнами, крича, что он подлый трус.