Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 110 – Анна Старобинец

Вчера вечером игумен даже зашел с Животворящей Иконкой в одиночную подземную камеру, где держали похожего на черного овна подростка Себастьяна, Хранителя Электрии. Игумен спросил его, что значит «источник электропитания», о котором говорил Сатана, и как из этого источника можно испить.

— Никак, – распухшими, запекшимися губами прошамкал Себастьян. – Твои люди уничтожили нашу Электрию.

Себастьян заслонился связанными руками, то ли пряча слезы, то ли защищая лицо от удара. Игумен его не тронул. Наоборот, поставил перед ним кружку чистой выпаренной воды: та, что капала из желоба в углубление на полу, была из грязного льда.

— Твои люди вообще все уничтожили, – осмелев, добавил мальчишка.

Он был прав. Люди Кая уничтожили все сокрытое. Разорили и разрушили гнездо Зла. Они разбили все сияющие шары, перерезали все железные нити, разломали и адскую грохочущую машину, к которой эти нити тянулись, и аппараты для пыток, и все колдовские приборы. Они спалили дотла все шевелящиеся грибы вместе с их престарелым Хранителем. Младеницу Герды и Хранительницу Стада они не нашли – те остались, по всей вероятности, под завалами; Себастьяна и Герду взяли живыми. Люди Кая потеряли пару собственных муров-копателей, зато зарубили всех древних чудовищ – и овнов, и ручного черного пони, который доверчиво пошел навстречу вооруженным захватчикам в предвкушении морковки.

Спи с открытыми глазами,

Как мертвец, засыпай,

Это божье наказанье

За грехи, баюбай,

Ходят кони, ходят пони

Над рекой целый век…

Кай мотнул головой, пытаясь стряхнуть с себя бремя воспоминаний, как муры стряхивают с фасеток налипшую грязь. Его преследовали немигающие, остекленевшие глаза пони, который носил то же имя, что было выгравировано на надгробном яблоке над могилой: «Здесь покоится Обсидиан. Он обладал душой и свободой воли. Он был верным другом человека и пал по вине человека. Его бренное тело в земле, но душа отлетела в рай, и Господь пасет его в Садах яблоневых и водит на водопой к водам чистым».

Тело пони никто не предал земле.

Ну а как он хотел? Чего ожидал, когда придумывал эту подлость с захватом подземного царства Сокрытых, когда разрабатывал отвлекающий обманный маневр со старостой Ченом и его якобы больным сыном, когда расставлял по периметру Зеленого Луга вооруженных людей, муров-воинов и муров-копателей? Не думал же он и впрямь, что Герда примет его любовь и они с ней ускачут по сияющим подземным тоннелям на черном пони? Не настолько же его свела с ума ее течка?

Он же просто ее отвлекал, пока Чен и Ван отвлекали других Сокрытых, а солдаты и муры-копатели Чистых Холмов прокладывали себе дорогу в Ведьмин Котел. Или, если бы Герда сказала «да», он бы действительно предал Бога – как это сделал Густав, иконописец?..

Густаву игумен тоже принес воды. Лицо заключенного было сплошь покрыто засохшей кровью – короста поверх коросты. По приказу епископа иконописца пытали, пока Кай руководил захватом Ведьминого Котла. Возвратившись, игумен пытки сразу пресек, а всех пленников поместил в подземные камеры, месторасположение которых знал только он. Что до пыток, они лишний раз подтвердили полнейшую свою неэффективность: заключенный Густав, пока они длились, ни в чем не признался, зато сразу заговорил, как только узнал, что Герду схватили.