Книга Ночь. Остров. Вурдалаки, страница 2 – Анна Савина

Я сошла на берег первой, чувствуя одновременно облегчение и тревогу. Я не была тут пятнадцать лет. Большой срок. Солнце коснулось верхушек вековых елей, щелкали фотоаппараты туристов, вращались камеры. Неторопливый баркас, пришедший следом за паромом, пристроился прямо рядом с грузовыми судами фабрики. С другой стороны порта прибрежные воды казались засорены десятком яхт, издалека походивших на белые скомканные бумажки, плавающие по воде.

Меня встречали. Двое в полицейской форме с нашивками с гербом острова. А ещё… Могла бы и догадаться, что он не останется дома. От красного, словно леденец внедорожника с эмблемой кемпинга отошел мужчина, а ещё через миг, отец заключил меня в объятия.

– Как ты выросла.

– Папа, я выросла много лет назад.

– Что-то я не уверен…

– Мне надо работать.

– Все-всё, – он отступил, выпуская меня из объятий.

– Капитан Сохэ? – тут же спросил молодой человек в форме и, не дождавшись ответа, представился: – Лейтенант Станислав Троицкий, а это стажер Рива Индри, – стоящая позади него девушка кивнула. – Нас ждут на фабрике, ещё немного и придётся ставить прожектора.

– Не буду мешать, – тут же сказал отец и взялся за ручку моего чемодана. – Жду тебя дома. Привезите её в целости и сохранности, – он посмотрел лейтенанта, а тот полушутя полусерьезно коснулся фуражки, давая знать, что понял.

Да, моего отца на острове Зеленый след, никто не называл стариком.

****

Он смотрел, как она оставляет чемодан старику. Смотрел, как идёт к автомобилю, пытаясь уловить… Он сам не знал что. Мелькнула отчаянная мысль, что она из тех, кто может понять. Она похожа на него. Она уехала с острова и вернулась. Как и он.

Мелькнула и исчезла. Нет, не поймёт. Она такая же, как и все. И он будет пристально следить и если она сделает неверный шаг…

Но он надеялся, что этого не произойдёт, он не желал ей зла. Просто он ещё не закончил.

Им все же пришлось установить прожектора. Нашли всего два, но их света хватило, чтобы во всех деталях рассмотреть лежащее на залитой битумом крыше тело.

— Пожилой мужчина славянской внешности… – Склонившийся над телом медик запнулся и посмотрел на меня. – Извините.

— Вам не за что извиняться, – ответила я, также разглядывая погибшего. — «Славянской внешности» — это всего лишь значит, что он не принадлежал коренному населению острова.

— Именно это я и хотел сказать, – согласился медик и представился: — Максим, патологоанатом в больнице святого Петра в Иже.

— Патологоанатом? – удивилась я.

— Да, но, обычно, мне доверяют только людей, ушедших в более достойной обстановке, иными словами, не убитых, как этот.

— Уверены, что это убийство? Не вижу никаких следов насилия. – Я ещё раз оглядела мужчину, он показался мне смутно знакомым.

— Уверен на девяносто процентов, судя по цвету слизистых, он умер от недостатка кислорода.

— Задушен?

— Отравлен. Ядом или токсином, парализующим лёгкие или служащим гортань.

— Например?

— Например цианид, ботулотоксин и ещё десятка два различных природных и синтетических веществ. Пробы я взял, уверен в лаборатории на большой земле быстро разберутся. Если поторопимся, то успеем отправить тело с последним паромом.

— Тогда поторопимся – согласилась я. – Интересно, кто это? Работников фабрики опросили?

— Шутите, да? – ответила Рива и, поняв, что я весьма далека от веселья, пояснила: – это Сергей Болотов, владелец и бессменный директор текстильный фабрики.