Книга Мерцающие, страница 89 – Марьяна Куприянова

— Если связь не появится в ближайшее время, мы же не станем возвращаться к маяку, верно? – спросил биолог со своего места.

Ему никто не ответил. В экспедиционной группе не было установлено лидера для подобного случая. Каждым шагом прежде руководил человек со станции. Теперь все были равны друг другу по правам и власти и могли слушать только себя. Но все люди делятся на тех, кто управляет, и на тех, кто подчиняется. Ощущая этот раскол, члены экспедиции угрюмо посматривали друг на друга. Совсем скоро между ними встанет вопрос ребром – как поступать дальше, если связь так и не наладится? И наверняка у каждого найдется свое мнение на этот счет. Следовать указаниям со станции гораздо легче, потому что каждый подчиняется беспрекословно, и никаких бунтов и пререканий относительно дальнейших действий не случается. Теперь земляне были предоставлены сами себе. И, естественно, каждый из них имел личное мнение на счет того, что делать дальше.

— Я полагаю, нам нужно двигаться дальше, – сказал радиотехник, приблизившись. – На это есть, по крайней мере, две причины. Первая: существует такой вариант, что мы сейчас находимся в некой слепой зоне, куда сигнал со спутника не может пробиться. Если мы выйдем из этой зоны, то связь появится. Дело может быть и в атмосферных слоях, как я говорил ранее. В любом случае нам нужно сдвинуться с места, чтобы проверить.

— Ты уверен, что сам приемник исправен?

— Я уверен в своей технике так же, как и в том, что у меня на руке пять пальцев, – претенциозно заявил радиотехник. – Вторая причина более субъективна. Я считаю, мы не должны прекращать исследования из-за временной потери связи. Мы ведь взрослые люди, у нас есть оружие и все необходимые инструкции…

— Нет никаких гарантий, что это временно, – размышлял психолог. – Прежние экспедиции не сталкивались с таким явлением. Мы обязаны доложить о нем, и как можно подробнее, лишь затем продолжать разведку. Не забывай, что мы не на Земле, а за много световых лет от нее. Ближайшие к нам люди находятся на спутнике, и в случае чего-то экстраординарного помощь прибудет на Эгиду-3 только через сутки. За сутки мы все можем погибнуть, а если постараться, можно погибнуть даже за минуту. Мы не знаем, что еще приготовила для нас эта планета. Я не стал бы выдвигаться вперед, не имея никакой уверенности. Мы не имеем права рисковать собой даже малость. От нас слишком многое зависит.

— Предлагаешь броситься назад, отойдя на два шажка от корабля и встретив первое препятствие? – усмехнулся со своего места биолог. – Но если опасность для нас существует, мы можем встретить ее, двигаясь как вперед, так и назад. Я не хочу вести себя, как трус. И я не буду вести себя так, никто меня не заставит.

— Он прав, – вмешался радиотехник. – Рациональнее двигаться вперед, чем назад. Возвращение к маяку – потеря времени.

— Согласен, – сказал биолог. – Преодолеть несчастные пятнадцать километров ради того, чтобы сообщить им, что мы вернулись ни с чем? В очередной раз вернулись ни с чем? Потому что побоялись двигаться дальше из-за проблем со связью? Мы знали, что такое может быть.

— Именно так. Для этого мы и установили маяк сразу же по прибытии, – стоял на своем психолог. – Для такого случая. Чтобы воспользоваться им. Но какой в нем толк, если мы к нему не вернемся? Послушай, я понимаю, тебе хочется совершить открытие. Но ты сам сказал, что твои амбиции не относятся ни к кому из нас. Значит, ты не должен заставлять всю экспедицию делать то, что тебе хочется.