Книга Constanta, страница 86 – Марьяна Куприянова

Каково же было мое удивление, когда в пятницу вечером ко мне ни с того ни с сего приехали родители. Я как раз поправляла капельницу, когда они вошли в палату, и так и замерла, вглядываясь в их лица, поначалу принимая происходящее за сон. В абсолютной тишине прошло не меньше полминуты. Они стояли и смотрели на меня, а я не шевелилась и пялилась во все глаза, задавая себе один вопрос: какая сука это сделала? Кто сдал меня им – раскрыл мое местоположение? Под подозрением оказались две фигуры: Ольга и Довлатов. Это наиболее вероятные, а там уж не знаю. В любом случае тот, кто это сделал, поплатится. Вот только выздоровлю окончательно.

— Доченька! – воскликнула мама, закрывая лицо руками. Ну вот, подумала я, сейчас опять спектакли начнутся.

Отец обнял ее за плечи и просто спросил:

— Как себя чувствуешь?

— Кто рассказал вам?

— Какая разница? – подняла голову мама, наскоро вытирая слезы. – Главное, что мы здесь и заберем тебя отсюда, в нашу больницу, а потом домой. Скоро все будет хорошо! – уверяла она, подбегая и хватая меня за запястье. Я отдернула руку и спрятала под одеяло. У мамы в глазах заплескался ужас – она обернулась за поддержкой к отцу, но тот не мог ничего сделать с тем, что я ее отвергаю, отталкиваю от себя.

Я приподнялась на локтях:

— Зачем вы сюда приехали?

— Забрать тебя, – мама вновь сделала попытку пробить мою обиду. – Ты все еще обижаешься?

— Я не обижаюсь, а делаю выводы.

— Яна. Мы твои родители. Мы отвечаем за тебя, – здраво начал отец. – Миритесь с матерью. И прекратим этот балаган. Хватит уже злопамятности и обид. Даже если вы не помиритесь, мы все равно заберем тебя домой.

— Папа, – вздохнула я. – Я решила, что буду жить в общежитии. Здесь, в этом городе, а не дома. Вы можете помогать мне, но я решила, что буду жить отдельно. Это мое самостоятельное решение. Я уже взрослая.

Мать запротестовала, отговаривая отца всеми возможными методами, но тот непреклонно произнес:

— Если она так решила, это ее выбор и ее жизнь. Главное, чтобы она не забывала о родителях, которые всегда помогут.

Мама накричала на отца, обозлилась на него и вылетела из палаты, хлопнув дверью. Только полы халата и сверкали.

— Спасибо, пап. А теперь будь другом, скажи мне, кто вам позвонил и рассказал, где я?

— Не знаю точно, кто он. Звонили маме. Я понял, что это какой-то преподаватель. Мы долго слушать не стали, собрались да поехали.

— Мужчина?

— Да.

— Понятно. Когда это было?

— Да вот сегодня днем. Мама еще на нем оторвалась за то, что он так долго тянул и раньше нам не позвонил.

— А он что?

— А, не знаю. Ты лучше расскажи, как ты докатилась до воспаления легких?

Мы еще немного поговорили с папой, потом вернулась мама, я сделала вид, что простила ее, чтобы она не волновалась лишний раз. Но все-таки ехать домой отказалась – мне и здесь неплохо лечится. Пообещала, как выпишусь, сразу приехать в гости. Мама была рада, светилась вся. А меня-то изнутри разъедало, несмотря на напускную вежливость и приветливость.

Довлатов. Сука. Убью.

В тот момент я пожалела, что необдуманно удалила его номер. Как только родственники ушли, я сложила руки на груди и безумно захотела позвонить Константину Сергеевичу, чтобы высказаться от души. Сотовый словно уловил ход моих мыслей и завибрировал на тумбочке.