Онлайн книга «Constanta»
|
— Три пары… охренеть… у меня же отвалится кое-что… Он засмеялся, услышав, что я пробурчала себе под нос. — Перерыв каждые сорок пять минут – будете вставать, прохаживаться, разминаться. Ничего страшного не случится. — Конечно, не случится. Это у Вас рабочий день только начался, а у меня он с восьми утра вообще-то, – пробурчала я недовольно и остановилась, разворачиваясь – нас разделяло уже примерно метров семь. – Я спросить хотела, кстати… Но тут в аудиторию поперли студенты, заглушая своим гамом мои слова. Довлатов пожал плечами, показал взглядом на настенные часы и полностью переключил внимание с меня на группу, тепло здороваясь с каждым по очереди. Я обиженно отвернулась и пошла к задней парте бодрее, чем раньше – раздражение придало сил. Даже смотреть не хотелось, как выряжаются его студентки ради него, как они с ним здороваются, как ведут себя при нем. Меня бы, наверное, просто стошнило. Аудитория наполнилась быстро, преимущественно студентки заняли почти все свободные места, наполнив помещение до отказа. Никому и в голову не приходило оборачиваться на задние парты, когда прямо перед глазами был такой мужчина, тем более, я сидела тише воды ниже травы. Первые полчаса меня вообще никто не трогал. Я усердно старалась разобраться в том бреде, который написал самый знаменитый литературный критик, но со временем поняла, что уже даже не пытаюсь вникнуть в белиберду, а тупо пробегаю глазами строку за строкой. Что поделать: не люблю я эту скучную теорию, я люблю практику. Гораздо интереснее и познавательнее беседовать о личном восприятии оригинала, чем о том, как его интерпретировал тот или иной критик и литературовед. Жаль, что преподы этого не понимают. Полчаса спустя я начала замечать на себе взгляды случайно обернувшейся назад девушки, сидящей в параллельном ряду на несколько парт впереди. Я вопросительно поднимала ей брови, кривила рожи, показывала язык и даже, совсем отчаявшись, средний палец, но она не прекратила оборачиваться, вконец меня разочаровав. Довлатов перехватил мой взгляд и бровями спросил, все ли у меня в порядке. Я пожала плечами в ответ, а он показал пальцем себе на запястье, мол, перерыв скоро, потерпите. После этого его жеста на меня обернулась половина аудитории, да с такими округленными глазами, будто впервые видели человека на задней парте у такого приятного препода. Представляю, какие битвы за место поближе к Довлатову между студентками… По губам у всех прошелся шепоток моей фамилии, и я смущенно уткнулась в книгу, стараясь не думать, что все эти люди теперь обсуждают только меня, чтобы не взорваться от гнева. Ненавижу, когда обо мне шепчутся, особенно в моем присутствии. Едва Константин Сергеевич объявил пятиминутный перерыв посреди пары, та самая девушка подскочила и ринулась ко мне. — Привет. Ты что, новенькая? Я подняла глаза и оценивающе ее осмотрела, решая, стоит ли с ней заговаривать. Я ведь далеко не ко всем людям отношусь одинаково. Я горда, высокомерна и заносчива. С кем попало словом не обменяюсь. Но эта выглядела поприличнее, чем большинство присутствующих, не так ярко накрашена, не так откровенно одета, и в целом по виду воспитана. — Ты че вообще лезешь? Тебе какое дело? – бросила ей я, совсем ошеломив ее своей борзостью. |