Книга Падает снег, страница 84 – Марьяна Куприянова

— Нет, – горячилась я, обдумывая его слова и разбирая завалы мыслей в голове, громоздящиеся одна на другой. – Откуда у меня? Нету, нету…

— Мне нужно позвонить, – сказал Леха и вышел из комнаты под нашими с Таней недоумевающими взглядами.

— Веруша, не переживай, – в который раз повторила подруга. – Пожалей себя. На тебя и так слишком много всего навалилось в последнее время.

Я лишь отмахнулась, пробурчав, что я в порядке, и с такой дурой, как я, ничего не станется. Вернулся Леха и объявил, что скоро приедет Сергей. Я вытаращилась на него, не веря своим ушам. Неужели между братьями наладятся отношения из-за моей ситуации? Неужели Леха САМ пошел на контакт со старшим братом и попросил у него помощи, только чтобы помочь мне? Вот правду же говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло.

Этот вечер разворачивался совсем не так, как я себе его представляла. Все мчалось стремительно, реальность менялась и искажалась, не щадя воображение.

Вскоре приехал старший Громов. Леха сам пошел встречать его к двери, сказав нам, чтобы мы ждали на кухне, но мы с Таней, не удержавшись, вылезли в проход, чтобы ничего не пропустить. Сергей шагнул в квартиру, не отрывая глаз от младшего брата. Конечно, он был мною оповещен об успехах операции по вызволению Лехи из депрессии, и знал, что его брат принял меня благосклонно и стал провожать домой, что мы много времени проводим вместе, но все же лицо у него было именно таким, как я себе и представляла – в крайней степени удивленным. Ведь если Леха хорошо отнесся ко мне, то это еще не значило, что он начнет хорошо относиться и к брату.

Сергей остановился на пороге, на камне преткновения всех мужчин, входящих в нашу квартиру, а Леха застыл напротив него в паре шагов.

— Что случилось? – осведомился Сергей, стараясь скрыть удивление и удовольствие оттого, что брат, который поставил крест на своей жизни и видеть его не желал, теперь позвонил ему и попросил приехать. – Что-то с Верой? – он все еще не видел ни меня, ни Таню. Или делал вид, что не заметил нас.

— Серега, – обратился к нему Леха, чем вызвал бурю эмоций на лице старшего брата. Видимо, так он называл его когда-то давно. – Прости меня, – Сергей молчал, ошеломленный, – прости, что все эти годы винил одного тебя. Конечно же, ты ни в чем не виноват, конечно же, я это всегда понимал и оттого ненавидел себя еще больше… Но я не мог никого не винить, Серега. Я не мог с этим жить… Мне нужен был виноватый, чтобы не возненавидеть жизнь и весь этот мир, в котором по воле случая может случиться такое горе… Прости, что я закрылся от тебя и не хотел общаться. Я просто не знал, как сделать это раньше – как попросить у тебя прощения и тем самым показать свою слабость. Я приучил себя надеяться только на себя, и ни на кого больше. Мне хотелось быть одиночкой, быть сильным и стойким, и мне была противна твоя забота… А теперь… Мои глупые принципы мешают мне жить, мешают хорошему человеку получить помощь. И за все вот, что я сейчас тебе сказал, прости меня. Прости за эти пять лет, Серега, – голос Лехи был очень серьезным, но под конец как будто бы дрогнул, или мне это просто показалось, ведь я не видела его лица, я видела только лицо Сергея. И описывать его кажется мне излишним.

Братья шагнули друг к другу и крепко обнялись, хлопая друг друга по спине. Не в силах сказать и слова, Сергей, скривившись от подступивших слез, уткнулся брату в шею и стискивал зубы, подавляя слабость.