Онлайн книга «Развод. Все сжигаю дотла»
|
— Соня, боже мой! Там у нас хранятся крупы! Цыкаю и подхожу к правильному шкафчику, открываю его и достаю заветную баночку. Она улыбается. — Ну, прости… ты так часто меняешь систему хранения, что я не поспеваю запомнить одно место, а надо вписывать уже другое. Доча забирает баночку, толкает меня бедром и берет чайник. Я снова немного грущу. Она права, разумеется. Я часто меняю систему хранения, и не только на кухне. Раз в пару месяцев мне становится дико неудобно повсюду, и начинается… сначала ванна, потом шкафы, потом средства для уборки, кухня… Мои домочадцы думают, что так я трачу колоссальное количество энергии, и это тоже правда. Отчасти. Занимая должность, на которую мне плевать, не вдохновляет меня совершенно, поэтому работать "сверх" нет никакого желания. Искючительно "необходимый минимум". Поэтому я на самом деле имею большой потенциал, который тупо не дает мне сидеть на месте. Но! Главная причина все-таки скрыта в другом. Мне как будто не по себе в собственном доме, как если бы тебя заставили натянуть платье на пару размеров меньше, и тебе в нем трудно дышать. Тесно и давит. Везде. Вот как я ощущаю себя последние семь лет, поэтому никак не могу устроиться. Вечно хочется что-то менять, словно от смены одного шкафа для пресловутого чая со вкусом суши что-то поменяется у меня внутри. Это, конечно же, не так… — Ты чего так смотришь? Пару раз моргаю. Действительно. Я стою рядом с Соней и вглядываюсь в ее профиль, как идиотка. Это уже клиника… Давай. Скажи ей сейчас, не тяни! Лучше сразу… Но у меня язык на это не поворачивается. Я слегка мотаю головой и мягко улыбаюсь. — Ничего. Пойду оденусь. — Хорошо. Чай не предлагаю, знаю, что ты его презираешь. Может быть, тебе сварить кофе? — Если тебе нетрудно. — Нетрудно. Киваю, ласково провожу ладонью по ее щеке, а потом разворачиваюсь, чтобы уйти, но Соня вдруг спрашивает. — Мам, а где папа? Изнутри меня парализует ужас. Странный вопрос. Соня обычно их не задает. Или задает? И я сейчас на нервах во всем обычном буду видеть странное?.. Это вполне логично. Когда тебя что-то волнует, особенно если это «что-то» тщательно скрывается от ребенка, притом, что ты этому ребенку никогда не врешь, тебе всегда кажется, что он обо всем уже догадался сам… Или… Нет, этого быть не может. Следующая догадка поражает точно в солнечное сплетение. А вдруг… она видела его с этой сучкой?..как я когда-то? Вопрос вываливается из меня сам собой. — Почему ты спрашиваешь? Соня издает смешок. — Ну-у-у… не знаю даже… — протягивает она игриво, — Вы говорите, что он в командировке, а у тебя на шее засос. Твою мать! Вот… же ж тупица, а… Краснею, резко прижимаю ладонь к шее, и хорошо, что не стою к ней лицом. Она бы меня точно раскусила… — Господи, Соня. Это не засос. — Мам, я знаю, как выглядят засосы. Возьми себя в руки! Заставляю себя коротко усмехнуться и поворачиваюсь к ней лицом с максимально отстраненным выражением лица. — Я вчера ездила в магазин и мерила одно платье. Молния зажала кожу. Соня поднимает брови. Она молча «щупает» мое вранье, пробует его на вкус и ждет, когда я дам реакцию и проколюсь. Но я — кремень! Стою до последнего на своем, и, в конце концов, она сдается. — Ладно, прости. Фу-у-х… Конечно, радоваться рано, но… слава-те-господи. Негативных последствий удалось максимально избежать. Хотя проблема остается. Да! Соня уже не малышка, которой можно было бы навешать лапшу, что родители друг на друга смотреть не могут, потому что повздорили из-за несущественной мелочи. И вообще. Они друг друга любят, но сейчас работы много, поэтому папа спит в кабинете, а мама ходит такая печальная. |