Онлайн книга «Развод. Все сжигаю дотла»
|
— Мам, можно я тебя кое о чем спрошу? — тихо перебивает мои мысли Сонечка, и я бросаю на нее рассеянный взгляд, киваю. — Конечно, что за вопросы? Ты обо всем можешь меня спросить. — Это кое-что… серьезно. — Пожалуйста, только не спрашивай, откуда берутся дети… — шепчу я, и дочь на миг замирает, потом резко расширяет глаза и открывает рот в безумно комичном выражении лица. — Мама! Да-да-да. Шуточки мои тоже повылазили, как особо извращенные подснежники. Вот так… Тихо цыкаю, извиняюсь. — Прости. Перебор? — Да нет… — чуть щурится, отгибает уголки губ, — Даже прикольно, если честно. Но я не ожидала. Ты так обычно не разговариваешь… Становится немного горько. Из-за своих безумных попыток сохранить отношения без будущего, я закрыла очень важную часть себя, и теперь моя дочь меня не знает. Точнее… конечно, она знает, но не так, как я бы того хотела. Не полностью. Дура… Так странно. Почему у нашего мозга нет встроенной функции, которая при совершении ошибки будет трубить в рупор: ТОРМОЗИ, ЭТО НЕПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР! ЭТО ПЛОХО! КАКА! ПЛЮНЬ! Ну, хотя бы так. Почему?! Только спустя время, когда уже предстоит не минимизировать последствия, а ко всему прочему устранять нанесенный ущерб, ты наконец-то просыпаешься и все понимаешь. Да. Я совершила ошибку много лет назад, когда послушала свою свекровь и простила. Очевидно, лишь сделала вид, что простила… — Спрашивай, — говорю тихо, чтобы заглушить эту обиду на саму себя. По факту, кого мне еще винить-то? Дана? За то, что не удержал свой член в штанах? Очень поэтично, согласна. Снимает ответственность, отпускает неприятное жжение в области солнечного сплетения. Только все это херня и действительно лишь попытки переложить ответственность на чужие плечи. Если так судить, то во всем плохом на земле виноваты не люди, а Дьявол, а если с тобой что-то случается, то это «Бог тебя наказал». На самом деле в моем бедственном положении виновата только я сама. Семь лет жизни на помойку, зато люди вокруг говорили, какая у нас замечательная семья. Честно? В рот я этих людей имела, где они? Занимаются своей жизнью, живут своими проблемами. И что? Что мне от их мнения, если жжение в районе солнечного сплетения и злость на саму себя буквально осязаемая? Надо было тогда разводиться. Не слушать никого — надо было уходить! Закрывать эту дверь, а не насиловать свою душу. Надо было уходить… — …мам? — Что? Соня останавливается посреди аллеи и хмурится. Я вижу, что ее щечки горят, а значит, «кое-какой» вопрос уже прозвучал, а я все прощелкала. Блин… — Прости… — тру переносицу указательным и большим пальцем, — Я плохо спала, никак не могу сосредоточиться. Что ты спросила? — Вы с папой поссорились, да? Вот оно. Удар в гонг. Партия началась, и можно было бы бежать без оглядки и снова сделать вид, что все прекрасно, но бежать мне некуда. Да и не бежится больше. Ноги отказали. Все. Вздыхаю, потом издаю смешок и перевожу взгляд на скамейку. — Давай присядем? Соня медлит, но, в конце концов, покорно соглашается. Думаю, ей страшно сейчас. Мне кажется, она уже что-то поняла, ведь… ну, правда. Кого я пытаюсь обмануть? Свою дочь? Она не слышала от меня определенных вещей, но мы все еще по-настоящему близки. Моя дочь не дура. Она что-то да поняла уже, просто не уверена, что именно. |