Книга Сердце для чудовища, страница 69 – Натали Грант

Я кивнула, не в силах вымолвить слово, стиснув зубы, чтобы не закричать.

— Прекрасно, — прошелестел он. — Значит, ещё не всё потеряно. Напоминаю: ты — моя. Твои улыбки, твоё время, твоё внимание — всё это принадлежит мне. И я решаю, кому и когда ты их уделяешь. Понятно?

В его глазах бушевала буря. Гнев? Ревность? Желание контролировать? Я не могла разобрать. Это была смесь всего сразу, и это сводило с ума.

— Ты… ты сам исчез! — вырвалось у меня сдавленно. — Где ты был?

Его брови едва заметно поползли вверх. Что-то промелькнуло в его взгляде — удовлетворение? — и тут же погасло.

— Это не твоё дело. Твоё дело — ждать. И слушаться.

Он резко отпустил мою руку. Я отшатнулась, потирая болезненно пульсирующую татуировку.

Он посмотрел на меня ещё мгновение — долгим, невыносимым взглядом, который проникал под кожу, выворачивал душу наизнанку.

Он развернулся и ушёл — уверенно, бесшумно, вдоль длинного коридора, куда вела его тень.

Я осталась стоять, растирая кисть и пытаясь понять, что только что произошло. Боль в руке медленно отступала, оставляя после себя жжение и онемение. Но внутри всё горело. От унижения. От ярости. От этой дикой, несправедливой претензии. И от чего-то ещё… От какого-то странного, тёплого и одновременно пугающего щемления в груди, когда он сказал «ты — моя».

Гроза подкрадывалась, как хищник — бесшумно, но с обещанием удара. Я сидела на краю кровати Кайдена, с телефоном в руках, ощущая тяжелый, контролирующий взгляд. Он никогда не оставлял меня наедине во время этих звонков. Моя еженедельная связь с домом всегда проходила под его наблюдением.

— Селин, милая, как у тебя дела? — голос мамы звучал по-домашнему тепло, и я невольно прикрыла глаза.

Кайден перевернул страницу книги с отчетливым шелестом, не сводя с меня глаз. Между нами, словно натянулась невидимая струна, вибрирующая от каждого движения.

— Всё хорошо, мам. Учеба идет полным ходом, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал беспечно. — Академия… впечатляющая.

— Как твои оценки? Преподаватели довольны? — мамин голос звучал так обыденно, словно я училась в обычной школе за углом, а не продала свою свободу в элитной тюрьме роскоши.

Я почувствовала, как уголок губ Кайдена дернулся. Он знал, насколько поверхностным был мой ответ.

— Всё отлично. Профессор Вэнс даже похвалил мое последнее эссе по литературе.

Упоминание Вэнса было маленькой провокацией. Крошечный акт неповиновения.

Мускулы на челюсти Кайдена мгновенно напряглись. Книга закрылась с громким хлопком.

— А как твое общение с другими студентами? Нашла друзей? — продолжала мама, не подозревая о разрастающемся напряжении в комнате.

Я поймала взгляд Кайдена через комнату. Его глаза потемнели до почти черного оттенка.

— Да, общаюсь в основном с теми, кто тоже приехал по гранту, как я, — ответила я, и мой голос предательски дрогнул.

Кайден медленно поднялся из кресла. Его движения были текучими, изящными, но в них чувствовалась сдерживаемая энергия хищника. Он пересек комнату и сел рядом со мной на кровать — достаточно близко, чтобы я ощутила жар его тела.

— А фотографии-то почему не присылаешь? — в трубке послышался детский голос, и я невольно улыбнулась, представляя, как Итан выхватил телефон у мамы.

— Привет, пиратский капитан, — я всегда так его называла из-за его одержимости пиратами. — Как твои морские сражения?