Книга Сердце для чудовища, страница 87 – Натали Грант

— Кайден…

— Тихо.

Я не успела собраться с мыслями, как он поднял меня, как будто я не весила ничего. Его руки обхватили мои бёдра, я инстинктивно вцепилась ему в плечи. Он посадил меня на холодную, полированную поверхность его письменного стола. Книги с полки позади съехали с глухим стуком, рассыпавшись по дереву.

Его губы переместились на шею, оставляя влажные, жгучие следы. Дыхание сбивалось. Его руки стягивали с меня одежду — медленно, методично, как разматывая бинты. Мои пальцы бессознательно впились в его волосы, то пытаясь оттянуть, то притягивая ближе. Он сбросил свою футболку, освободился от брюк, не отрывая взгляда от моего лица. В его глазах горел тёмный, всепоглощающий огонь. Обладания. Не просто желания, а потребности поглотить.

— Смотри на меня, — приказал он хрипло. — Смотри.

И он вошёл в меня. Резко, глубоко, на всю длину, без предупреждения. Воздух вырвался из моих лёгких тихим, обрывающимся криком. Боль? Нет. Ошеломительная, шокирующая полнота, заполняющая всё внутри, стирающая границы. Он замер, давая мне ощутить каждый дюйм, каждый нерв, каждое пульсирующее доказательство того, что я теперь его.

Затем началось движение. Не любовь, нет, только бурное, яростное утверждение. Он положил тяжелую, горячую ладонь на мою шею, не сдавливая, но ощутимо, напоминая, кто здесь главный.

Он пригвоздил меня к столу, а сам двигался с безумной, неистовой силой, его бёдра бились о мои с влажными, отчётливыми шлепками, эхо которых разносилось по тишине спальни, смешиваясь с моими приглушёнными стонами.

Его толчки потеряли ритм, став окончательным, глубинным вторжением. Я не успела подготовиться — оргазм накрыл с головой, резкий и всепоглощающий. Тело выгнулось, предательски отзываясь на него. А он только смотрел. Пристально. Будто фиксируя момент, когда моё сопротивление окончательно растворилось в судорогах наслаждения. И был этим доволен.

Перед тем как я успела перевести дыхание, он вытащил меня, перевернул, опустил перед собой на колени. Паркет холодно впивался в кожу. Перед моим лицом, в сгущающемся полумраке комнаты, было его напряжение, явное, влажное от моих же слёз и смазки. Большое. Подавляющее.

— Открой рот, — его голос был хриплым от напряжения.

Его пальцы вновь вплелись в мои волосы, не больно, но не оставляя выбора. Солоноватый, мускусный вкус заполнил рот, когда он медленно, продвинулся вперёд. Он двигал бёдрами, контролируя глубину, ритм, наблюдая за моим лицом, за слезами, катившимися по щекам.

— Глотай, — прошептал он, и в его голосе была не только команда, но и какая-то извращённая нежность, окончательное стирание границ.

И я послушалась. Потому что в этом безумии, в этой тёмной симфонии принуждения и отдачи, это казалось единственно возможной правдой. Он был прав — часть меня не хотела, чтобы он отпускал. Часть меня хотела быть захваченной, уничтоженной, переделанной.

С последним, глубоким толчком, когда горло сжалось вокруг него, он издал низкий стон, и тепло хлынуло мне в горло. Я сглотнула, давясь, слепленная из стыда, освобождения и чего-то ещё, слишком сложного, чтобы назвать.

Его пальцы коснулись моего подбородка, влажного от слез и слюны. Привычный, властный жест. Я поднялась на ноги, колени подкосились. Кайден притянул меня к себе, грубо, почти болезненно, и его губы нашли мои. Это не был поцелуй. Это была печать. Констатация. Глоток воздуха перед погружением на дно.